70 лет назад, 14 июля 1933 года, из Ленинградского порта отчалил новенький, блестевший на солнце большой грузовой красавец пароход – легендарный «Челюскин». Он был только что построен на датской верфи судостроительного завода «Бурмейстер и Вайн» по специальному заказу для наших северных широт и поначалу назывался «Лена». Готовясь к первому плаванию, «Лена» стала «Челюскиным».
Полярная экспедиция на «Челюскине» должна была повторить состоявшийся в 1932 году поход ледокольного парохода «Сибиряков», впервые в истории прошедшего за одну навигацию по Северному морскому пути от Архангельска до Берингова пролива. Выбор судна для полярной экспедиции – вещь далеко не простая. Имевшиеся в нашей стране первоклассные для того времени ледоколы «Красин», «Ермак», «Ленин» не были предназначены для дальнего плавания.
Они могли взять на борт лишь ограниченное количество топлива, не говоря о дополнительных грузах. А перед новой экспедицией вставала задача доставки большого груза продовольствия и снаряжения для зимовщиков острова Врангеля. К тому же на борту надо было иметь столько топлива, чтобы не только пройти весь путь без дозагрузки угля, но и снабдить им при случае ледокол-спасатель, если понадобится его помощь. «Челюскин», получивший высший класс британского Ллойда, казалось, удовлетворял этим требованиям. Отправляя его в путь, советское правительство ставило своей целью найти тот тип грузового полярного судна, по образцу которого можно будет строить потом всю транспортную флотилию Севера, доставляющую снабжение и перевозящую грузы по всему Арктическому побережью страны.
Экспедицией руководил Отто Юльевич Шмидт – профессор математики, редактор Большой советской энциклопедии; капитаном «Челюскина» стал Воронин Владимир Иванович. Оба были опытными полярниками. В очередную полярную экспедицию с ними отправились 112 человек. Кроме команды корабля, здесь были опытные научные работники-гидрографы, гидробиологи, гидрохимики, физики, персонал, отправлявшийся на остров Врангеля на зимовку, и строители для возведения на этом острове домов.
Кроме специалистов, на «Челюскине» были также писатели, киноработники, художник. Некоторые врангелевцы отправлялись в столь длительную командировку вместе с женами, а начальник полярной станции Петр Буйко рискнул взять с собой даже и годовалую дочь.
Первые льды встретились «Челюскину» в Карском море. Ледяная полоса оказалась подтаявшей, и пароход без труда справлялся с ней. Но уже 14 августа челюскинцы оказались среди тяжелого шестибалльного льда. Здесь и началось настоящее испытание парохода. С разбега налетал «Челюскин» на лед, продвигаясь всего на пять – десять метров за час. Тут он получил и первые повреждения: по правому борту разошелся шов, а по левому – лопнул стрингер. Очевидно, крепления судна оказались рассчитаны неточно.Трое суток экипаж перетаскивал грузы с носа на корму, откачивал воду. Под руководством инженера Ремова были поставлены дополнительные деревянные крепления, оказавшиеся очень надежными. Для того чтобы избавиться от лишнего груза, срочно вызвали ледокол «Красин» и перегрузили на него часть угля. Вскоре «Челюскин» смог продолжить самостоятельное плавание.
Преодолев большую часть пути, «Челюскин» пробивался к мысу Биллингса. Севернее его лежал остров Врангеля – первая цель экспедиции. Не дойдя до острова, пароход остановился. Воздушная разведка с самолета показала, что подойти к острову Врангеля невозможно – путь к нему скован сплошным тяжелым льдом. Решили идти к Берингову проливу, а затем повторить попытку с восточной стороны.
Лед Чукотского моря оказался гораздо тяжелее Карского. Массы многолетнего льда самой причудливой формы обступали маленькие пятнышки чистой воды. «Челюскин» шел, с трудом раздвигая 20 – 50-тонные глыбы льда. Нос и борта корабля получили множество вмятин. Приходилось дополнительно усиливать существующие крепления огромными бревнами. Дерево пружинило, и действие ударов становилось не таким резким.
К острову Колючину «Челюскина», стиснутого льдами, несло течением. Лед встал, и пароход остановился вместе с ним. Он был обездвижен. В течение трех суток экипаж пытался пробить дорогу, взрывая лед аммоналом, но попытки оставались безуспешными. Только через 14 дней лед наконец отпустил пароход из плена, позволив ему продолжить путь на восток – к Берингову проливу. И вот, когда до свободной воды в Беринговом проливе оставалось всего 5 – 6 километров, «Челюскин» вместе со льдами сильным течением отнесло на север.
Коварная Арктика начала кружить пароход в дрейфе, заставляя его описывать самые замысловатые зигзаги. Шли у самых границ течения, которое могло унести так далеко на север, что двухгодичная зимовка была бы экспедиции обеспечена. Вызванный по радио на помощь ледорез «Литке», находившийся в бухте Провидения, сумел подойти только к границе ледового поля, сковавшего «Челюскин». Оставшиеся до него самого 60 километров сплошного льда пройти и ему не удалось.
26 ноября «Челюскин» пережил первое сжатие льдами, которое заставило людей задуматься о возможной катастрофе. После этого весь состав экспедиции был расчленен на авральные бригады, в которых каждый человек знал, что ему необходимо делать в случае беды. Сжатия следовали одно за другим. Приходилось то сгружать на льдину необходимый груз, то снова грузить его на корабль. С борта на лед спускалась громоздкая деревянная лестница. По ней ходили пополнить запас воды (опять же из льда), иногда – поохотиться. В образовавшихся майнах появлялись нерпы, из которых получалось неплохое жаркое. По льду прибегали песцы, а однажды у самого корабля ледовые пленники пристрелили белого медведя.
Телеграмма за телеграммой летели на берег к летчикам, работавшим на Чукотке. Но моторы маломощных самолетов в мороз не всегда заводились, а пурга и туманы «отменяли» полеты. Тем не менее челюскинцы каждый день ходили на расчистку оборудованного на льдине аэродрома.
В роковой для «Челюскина» день ветер с утра подскочил с 5 до 7 баллов. Огромный ледяной вал живым чудовищем надвигался на корабль. В 12 часов обрушился первый удар, настолько сильный, что корабль вздрогнул и заскрежетал. С левого борта слышался пулеметный треск – лед пробил обшивку и сквозь зияющие проломы вползал в каюты. Люди, быстро разделившись на группы, начали выгружать все необходимое на лед. Работа была четко организована, никакой паники. Благодаря тому, что льды, сжавшие «Челюскин», оставались на месте в течение двух часов, выгрузить удалось многое. Как только лед немного расступился, корабль пошел ко дну, унося с собой в пучину и замешкавшегося завхоза корабля Могилевича. Всем остальным удалось спастись, включая грудную Карину и годовалую Аллу Буйко.
Началась тяжелая, полная опасностей жизнь челюскинцев на льдине. В черной дыре льда наутро после гибели корабля всплыли бревна, доски, ящики. Их вырубали из льда и строили барак, за ним – камбуз и смотровую вышку. После завершения этих строительных работ люди могли спать, принимать горячую пищу в теплом помещении. Из металлических бочек сооружали печки, котлы, посуду. Ученые ни на один день не прекращали научную работу, определяя по приборам местонахождение льдины, изучая погодные условия и поведение льдов.
Женщины шили из брезента рукавицы для работы – меховые в сложившихся условиях сразу же намокали и становились бесполезными. На доске, пригвожденной к двум воткнутым в снег жердям, появилась стенгазета «Не сдадимся!». Дрейфующим на льдине по воле ветра людям даже в голову не приходило, что их могут бросить на произвол судьбы в ледяном безмолвии, они твердо верили, что будут спасены, что Родина не оставит их в беде.
Лед под лагерем челюскинцев тем временем жил своей жизнью. То вдруг трескался под палатками с продуктами, то растаскивал, разрывал пополам жилой барак, то вздымался торосами на расчищенном с таким трудом аэродроме. Приходилось перетаскивать имущество в другое место и снова начинать строительство.
Наконец 5 марта летчик Ляпидевский на своем АНТ-4 пробился к лагерю и снял со льдины 10 женщин и двоих детей. Какой это был праздник! Люди пускались в пляс на льду. Второй рейс Ляпидевскому не суждено было сделать – отказал в воздухе двигатель. Но к этому времени для спасения челюскинцев из Владивостока уже вышел «Смоленск» с 7 самолетами на борту, к походу готовился ледокол «Красин», везли тракторы, сани и даже дирижабли.
Только 7 апреля на льдине дождались очередных самолетов. За неделю летчики Леваневский, Молоков, Каманин, Слепнев, Водопьянов, Доронин, показывая чудеса героизма, вывезли на материк остальных челюскинцев. 13 апреля 1933 года лагерь Шмидта перестал существовать.
«Челюскин» был раздавлен льдами, не дойдя до Тихого океана. Но до Берингова пролива он все-таки дошел, доказав, что Северный морской путь можно освоить. Научная работа, проделанная коллективом ученых, дала ценнейший материал: наблюдения по изучению течений северных морей, измерению колебаний льда, химии льда, гидробиологии, метеорологии и другие полезнейшие сведения. Экспедиция «Челюскина» показала, как правильно разместить ледокольный флот, чтобы обеспечить проход кораблей по Северному морскому пути, дала ряд ценных рекомендаций по конструкции пароходов для Арктики.
70 лет назад челюскинцы, рискуя своей жизнью, пустились в неизведанный путь с единственной целью – приумножить мощь и богатство своей страны, понимая, что будущее ее зависит от правильного использования природных ресурсов.
И замечательно, что российское Правительство снова поворачивается лицом к проблемам Севера, что на страницах газет и журналов опять замелькали слова «Северный морской путь», заработала полярная станция «Северный полюс-32», создается проект подводной арктической транспортной системы, строятся танкеры ледового класса. Над Арктикой вновь поднялся российский флаг, а это значит, что дело челюскинцев не пропало даром.
Ольга ТИМОФЕЕВА.
13 апреля 1934 года на материк был доставлен последний член экипажа затонувшего парохода «Челюскин». Операция по спасению ста четырех человек, дрейфующих на льдине, заняла у советских авиаторов два месяца. Сквозь лед, туман и арктический холод летчики пробирались к людям. Фотографии и факты о знаменитой операции, после которой мальчишки по всей стране стали играть в «челюскинцев» — в нашей подборке.
Пароход «Челюскин» был построен на верфях компании «Бурмейстер и Вайн» в Копенгагене по заказу Советского Союза. Обшивка парохода была укреплена, имелось специальное помещение на случай вынужденной зимовки, когда двигатели пришлось бы остановить. Водоизмещение «Челюскина» составляло 7000 тонн, мощность — 2400 лошадиных сил, скорость — до 12 ½ узлов в час. На его борту был небольшой самолет-амфибия Ш-2 для разведки с воздуха, который мог взлетать с открытой воды или с большой льдины.
16 июля 1933 года пароход «Челюскин» отправился в путь из Ленинграда во Владивосток через Северный Ледовитый океан. Целью экспедиции грузового парохода была доказать пригодность Северного морского пути для снабжения Сибири и Дальнего Востока. Руководителями похода были начальник экспедиции Отто Юльевич Шмидт и капитан Владимир Иванович Воронин. На борту судна находилось 112 человек: 53 — экипаж, 29 — состав экспедиции, 18 зимовщиков острова Врангеля и 12 строителей. Запасы на борту составляли: 2995 тонн угля, 500 тонн воды, продовольствие на 18 месяцев и трехгодичное снабжение для острова Врангеля.
Переход в открытом море показал недостатки особой формы «Челюскина» — его, как настоящий ледокол, сильно качало. К тому же при первых встречах со льдом в Карском море пароход получил повреждение — «Челюскин» был перегружен углем для ледокола «Красин», и укрепленный ледовый пояс оказался ниже ватерлинии, так что пароход встречал льдины менее защищенной верхней частью корпуса.
Море Лаптевых и Восточно-сибирское море «Челюскин» прошел относительно свободно. А вот Чукотское море было занято льдами. Разведка с воздуха показала — подойти к острову Врангеля невозможно, он окружен мощными льдами. Самолетом на остров был отправлен уменьшенный состав для смены зимовщиков на полярной станции.
«Челюскин» был зажат во льдах. Несколько раз, дрейфуя, он проходил мимо мыса Сердце-Камень. Наконец, 3 ноября пароход вошел в Берингов пролив. Экипаж судна по радиосвязи переговаривался с командованием ледореза «Федор Литке», который пытался пробиться к «Челюскину». Но, проведя до этого несколько пароходов, «Литке» получил серьезные повреждения обшивки, так что не мог форсировать даже молодой лед.
Осознав, что помощи ждать неоткуда, экипаж «Челюскина» стал готовиться к зимовке в условиях дрейфа в открытом море. Нужно было сменить систему отопления, чтобы экономить топливо. Пришлось добывать пресную воду.
Спустя почти три месяца дрейфа началось движение льдов — то, чего «челюскинцы» боялись больше всего. 13 февраля в 15 часов 30 минут в 155 милях от мыса Северного и в 144 милях от мыса Уэллса «Челюскин» затонул, раздавленный сжатием льдов.
Пароход стремительно шел ко дну. За два часа на лед был выгружен подготовленный аварийный запас продовольствия, палатки, спальные мешки, самолет и радио. Выгрузка продолжалась до того момента, когда нос судна уже погрузился под воду. Руководители экипажа и экспедиции сошли с парохода последними, за несколько секунд до полного погружения. В тот день, не успев сойти на лед, погиб завхоз Борис Могилевич. Он стал единственным погибшим «челюскинцем».
Организованность и дисциплина не только обеспечили сохранность жизни людей, находившихся на дрейфующих льдах, но и создали условия, при которых им могла быть оказана помощь.
5 марта 1934 года экипаж Анатолия Ляпидевского на самолете АНТ-4 совершил первую посадку в лагере экспедиции. До этого он совершил 28 вылетов, но лишь 29-й стал удачным. Найти «челюскинцев» мешали погодные условия, в том числе сильный туман. Ляпидевский сумел приземлиться в 40-градусный мороз на площадке размером 150 на 400 метров. Это было невероятно!
В тот вылет авиатор вывез 10 женщин и двоих детей, а во второй раз у него отказал двигатель, и ему пришлось присоединился к челюскинцам. Массовая эвакуация началась через 13 дней и продолжалась две недели. Летчики в сложнейших погодных условиях совершили 24 рейса. Все они затем стали первыми Героями Советского Союза — Анатолий Ляпидевский, Маврикий Слепнев, Василий Молоков, Николай Каманин, Михаил Водопьянов и Иван Доронин. Остальные были представлены к орденам и медалям.
Стоит отметить, что на пустынном берегу Ванкарема к прилету советских летчиков был подготовлен аэродром, готовый к приему самолетов любой конструкции. Хорошо налаженная работа радистов побережья Ледовитого океана позволила с самого начала ежедневно иметь двустороннюю радиосвязь. А жители побережья Чукотки, привлеченные к оказанию помощи, в стужу, холод и пургу самоотверженно выполняли задания по созданию баз, устройству посадочных площадок, а также по расчистке аэродромов от снега.
Начиная с 7 апреля установилась погода, что позволило провести решающие операции по спасению людей. Прибывшие советские летчики вывезли сначала пять человек — 7 апреля, затем 22 человека — 10 апреля и 35 человек — 11 апреля.
К 13 апреля авиаторы закончили переброску челюскинцев на материк и доставили больного на тот момент Шмидта в город Ном на Аляску.
13 апреля, ровно через два месяца со дня гибели парохода, на материк были вывезены последние шесть «челюскинцев» во главе с исполняющим обязанности начальника экспедиции А.И.Бобровым и капитаном В.И.Ворониным.
Севморпуть стал одним из символов достижений России. Отлаженная, хорошо функционирующая трасса в полярной зоне - действительно полноценный повод для гордости. Однако путь к атомным ледоколам и регулярным рейсам современности не был усыпан розами. Стране пришлось вовсю бороться за Арктику.
Первое путешествие по Северному пути насквозь совершила экспедиция Вилькицкого в 1915 году. А вот регулярно действующей транспортной артерией его сделали уже позднее, в советскую эпоху. Именно во время экспериментов на Севморпути и произошла одна из самых драматических историй: катастрофа парохода "Челюскин" и спасение его экипажа.
Северный путь
После Гражданской войны роль Севморпути только росла. Новые власти вкладывались в освоение Сибири и её ресурсов, к тому же железные дороги пребывали в упадке. Для строительства новых полярных станций, составления лоций и карт, проводки судов вовсю привлекались специалисты царской эпохи. Благо исследователи могли использовать новинки индустриальной эпохи - ледоколы и самолёты для разведки льдов.
На этом этапе в полярную зону приехал один из главных героев будущей эпопеи - Отто Шмидт. Этот учёный происходил из балтийских немцев. По итогам Гражданской он не уехал - он и исследовал Памир, и руководил кафедрой на физмате МГУ, и составлял Большую советскую энциклопедию.
При прокладке Севморпути возникла очевидная трудность. Задачи в Арктике должны были выполнять разные наркоматы, для каждого из которых Заполярье было глубоко второстепенным районом. Поэтому с 1932 года начало работу специальное управление - Главсевморпуть под началом Шмидта - с широкими полномочиями и кругом задач. Ведомство занималось сразу организацией сети морского и воздушного транспорта, радиосвязи, строительством всей необходимой инфраструктуры (порты, мастерские и так далее), научными исследованиями.
Один из ключевых вопросов состоял в том, как сделать прохождение Севморпути наиболее быстрым. Севмор освобождается ото льда слишком ненадолго, но идея проскочить весь путь за одну навигацию не оставляла исследователей. Кроме того, было неясно, насколько свободно могут чувствовать себя в Арктике обычные пароходы - не ледоколы. Поэтому новосозданное ведомство быстро начало снаряжать новую экспедицию.
Главным героем нового похода должен был стать пароход "Челюскин". Это судно строилось в Дании по заказу СССР, и его конструкция изначально усиливалась для плаваний в полярных морях, хотя настоящим ледоколом "Челюскин" не был. Главной задачей "Челюскина" был прорыв из Мурманска во Владивосток. Требовалось отработать переход, наладить взаимодействие с ледоколами. Наконец, у перехода имелась и узко практическая цель - сменить зимовщиков на острове Врангеля, которые уже годами сидели там безвылазно.
Опыт попыток прорваться через Севмор одним махом уже имелся, но положительным его не назовешь. В 1932 году пароход "Сибиряков" прошёл от Архангельска до Чукотского моря, потерпел аварию и потерял винт. Тогда команда смогла выпутаться из положения оригинальным способом: установив самодельные брезентовые паруса.
Наиболее подготовленную часть команды "Челюскина" составили ветераны похода "Сибирякова", включая самого Шмидта. На "Сибирякове" раньше ходил и капитан "Челюскина" Владимир Воронин. Этот моряк из Арктики вообще не вылезал с 1916 года. Ещё одним старым полярником был Эрнст Кренкель, зимовавший на Новой Земле и также летавший на немецком дирижабле "Граф Цеппелин" в рамках советско-германской научной программы.
Кроме собственно моряков на пароходе находился персонал для базы на острове Врангеля - некоторые с жёнами и детьми, строители, учёные (от геодезистов до зоологов) и журналисты. Кроме того, на борт погрузили гидросамолёт с многоопытным лётчиком-полярником Михаилом Бабушкиным.
Правда, на подготовку рейса было мало времени. На экипаж "Челюскина" давили не только проблемы затерянной в полярной глуши станции на Врангеле, но и штурмовщина, когда сверху требовали как можно скорее дать результат. Поэтому о том, чтобы лучше подготовить судно и выйти в путь в следующую навигацию, не могло быть и речи. 2 августа 1933 года "Челюскин" покинул Мурманск и вышел на Владивосток.
Арктика - суровая хозяйка
Неприятности начались ещё в Карском море. В трюме открылась небольшая течь. "Челюскин" неплохо справлялся с непрочными льдами, повреждения не были тяжёлыми, но уверенности в завтрашнем дне происходящее не добавило.
К началу сентября "Челюскин" вышел на открытую воду, но здесь вместо таранящих судно льдин пришлось преодолевать жестокую качку. Между тем подходил срок высадки на остров Врангель. Однако решить эту задачу не получилось: Воронин, уже освоивший воздушную разведку, вместе с Бабушкиным облетел маршрут и сделал очевидный вывод: льды слишком плотные, не пройти. "Челюскин" отправляется прямиком в Берингов пролив.
Однако Чукотское море забито льдами. В середине сентября "Челюскин" пробивался сквозь торосы. Лёд вокруг корабля сжимался. Скорость упала до нескольких сот метров в сутки. В 20-х числах сентября корабль замирает в Колючинском заливе, зажатый льдами.
Оказавшись у чёрта на рогах в плотном льду, Шмидт и Воронин не потеряли головы. Для начала они попытались взорвать лёд вокруг "Челюскина". Однако с тем же успехом можно было пытаться взорвать Луну. Аммонал оставлял на льду только небольшие воронки.
"Челюскин" освободился было ото льда… и 16 октября вновь попал в ловушку. Винт смёрзся. Льды дрейфовали и тащили обречённый корабль назад, затем ветра переменились - "Челюскин" мотало кругами. На помощь "Челюскину" пытался выйти ледорез "Литке", но ледовая обстановка ухудшалась день ото дня: попытки ледореза прорваться к "Челюскину" быстро стали опасны для самих спасателей, и операцию свернули. "Челюскин" окончательно затерло в полутора сотнях миль от ближайшего берега.
На "Челюскине" ввели режим жёсткой экономии. Выдачу угля сократили, сооружали кустарные печки, питавшиеся от машинного масла и отходов. Тем не менее температура в каютах упала до 10 градусов. Продовольствие и тёплую одежду выгрузили на лед на случай внезапной гибели корабля. Предстояло ждать июля будущего года.
Однако июля "Челюскин" не дождался. 13 февраля 1934 года на "Челюскин" понесло огромное ледяное поле. Восьмиметровая гора льда двигалась как живая.
Шмидт и Воронин тут же распорядились о выгрузке с корабля людей и всего, что было необходимо для выживания. Работа ещё шла, когда льдина вдавила левый борт, и начала разрушать "Челюскин". Сначала разрушилась надводная часть корабля, но затем льды проломили пробоину и ниже ватерлинии. В машинное отделение пошла вода. На разгрузку "Челюскина" осталось всего несколько часов, но их использовали с толком. Экипаж выносил всё, что могло пригодиться для завершения зимовки. Решения принимались быстро, команды выполнялись, состояние корабля чётко отслеживалось. В 15:50 "Челюскин" повалился на нос и пошел под лёд. Погиб один человек - завхоз Борис Могилевич, неудачно зашибленный сорвавшейся бочкой и отброшенный на палубу, когда команда покидала "Челюскин". Ещё 104 человека вышли на лёд.
Помощь с небес
Спасти удалось довольно много имущества - вынесли даже киноаппаратуру и посуду. Однако теперь предстояло разбить лагерь на пустом месте в лютый мороз. На льду торопливо ставили палатки. Не было бы счастья - несчастье помогло: на остров Врангеля так и не попали ни строители, ни стройматериалы. Зато теперь инженеры и рабочие начали возводить камбуз и барак. В палатках обивали стены, стелили полы из подручных материалов, мастерили кустарные лампы, словом, устраивались всерьёз.
Везет тому, кто везёт: благодаря оперативным четким действиям во время катастрофы, удалось спасти вполне пристойное количество провианта, от консервов и риса до свежей свинины, шоколада, сгущёнки и какао. Запасы передавались завхозу, ему же сдавали лишнюю тёплую одежду все, не исключая Шмидта.
В это время радисты под командой Кренкеля великими трудами восстанавливали радиосвязь с землей. Антенна сгибалась на ветру, ремонтировать приемник приходилось голыми руками. Первым, что удалось поймать по восстановленной рации был... фокстрот. Вскоре Кренкель повыгонял в другие палатки тех, кто ночевал возле рации и устроил полноценный радиоузел. Вскоре удалось связаться с полярной станцией Уэлен. Шмидт обрисовал ситуацию - без паники, но и без приукрашивания своего положения.
Москва отреагировала на несчастья челюскинцев быстро. Спецкомиссию по спасению людей возглавил Валериан Куйбышев, один из высших сановников государства. Между тем спасательная операция представляла такие трудности, которых раньше не знали. У СССР был опыт эвакуации терпящих бедствие полярников.
Огромную помощь будущим спасителям оказали сами спасаемые. Шмидт и Воронин изначально исходили из того, что нужно облегчить жизнь лётчикам, и послали людей расчищать взлетную полосу. Нагромождения льдин и стоящие ребром куски льда счищали вручную на подходящей площадке в нескольких километрах от лагеря. В результате получилась взлётная полоса в 600 метров длиной, а когда льды смяли её, началось строительство новых - всего челюскинцы построили четыре (!) взлётно-посадочных полосы.
Идею пробиваться к спасению собственными силами прорабатывали и Шмидт с Ворониным на льду, и члены комиссии в Москве. Её пришлось отбросить: слишком много людей требовали для жизнеобеспечения слишком много груза: на себе всё необходимое имущество просто не унесли бы по торосам.
5 марта в сорокаградусный мороз первый самолёт АНТ-4 под командой лётчика Анатолия Ляпидевского вылетел из Уэлена к "Челюскину". Вскоре с воздуха разглядели дым - это люди Шмидта подавали сигналы. Под радостные вопли внизу машина Ляпидевского приземлилась на "аэродроме". Порядок соблюдался жёстко: первыми увезли женщин и двух маленьких девочек.
Ляпидевский привёз полярникам ломы, кирки, лопаты, аккумуляторы и свежую оленью тушу. Авиатору пришлось с величайшей аккуратностью стартовать со льдов - за пределами самодельной челюскинской "ВПП" торчали ропаки, которые при столкновении просто уничтожили бы самолёт со всеми, кто на нём находился. Однако всё прошло благополучно.
Начало спасению было положено, но в ту же ночь чуть не случилась беда с бараком: во льду образовалась трещина, разделившая его надвое. Люди повыскакивали кто в чём был - им пришлось разойтись по палаткам.
Ляпидевский больше не летал в лагерь челюскинцев - его машина потерпела аварию девять дней спустя. Все остались живы, но из операции по спасению он выбыл. Однако к этому моменту на место происшествия уже прибыло сразу несколько самолётов. Интересно, что в этом русским помогли американцы: они предоставили два самолёта и аэродромы на Аляске в качестве дополнительной базы, более того, в экипажи переданных самолётов включили американских механиков для техобслуживания.
Спасение приближалось - 7 апреля на льдину прибыли сразу три самолёта. Заработал настоящий воздушный мост. Первыми вывозили больных. Шмидт сам тяжело заболел, но улетал одним из последних. 12 апреля на льду остались лишь шесть человек, включая капитана Воронина и радиста Кренкеля. 13 апреля эвакуировали последних обитателей ледового лагеря на месте гибели парохода "Челюскин".
Спасшихся встречали как героев. Катастрофа парохода бледнела по сравнению с блестящей борьбой экипажа за собственное выживание и спасательной операцией.
Шмидт возвращался через Америку. В США его представили президенту Рузвельту, а мировая пресса не уставала воспевать полярника, сравнивая с Амундсеном. Дома Шмидту и остальным устроили овацию.
Путешествие "Челюскина", несмотря на катастрофу корабля, дало огромный опыт действий в Арктике, причём касавшийся и мореплавания, и организации авиации в Заполярье. Большинству участников этой эпопеи судьба улыбалась. Шмидт продолжал работу учёного, и умер много лет спустя. Семь лётчиков, спасавших челюскинцев со льда, стали героями Советского Союза, Ляпидевский вообще стал первым, кто был удостоен этого звания. Орденами наградили вообще всех взрослых участников зимовки и технический персонал, участвовавший в операции, включая двоих американцев.
Кроме трагической случайности, обернувшейся гибелью одного из полярников, спасение экипажа прошло, казалось бы, почти рутинно. Но за этой внешней простотой скрывается как раз блестящая работа и стальное самообладание руководства экспедиции.
Чем похожи и в чем различны судьбы советских летчиков, первыми получивших высшее почетное звание СССР
Первые Герои Советского Союза - семь человек - были, что закономерно, летчиками. В молодой Советской России, изо всех сил стремящейся войти в число лидеров индустриального мира, отношение к авиации было особым. Она стала для довоенного СССР тем же, чем космонавтика - для послевоенного: романтической мечтой об освоении нового жизненного пространства. Ведь и сама страна была во многом попыткой воплотить в реальность мечту о новой, прежде неизвестной жизни. Так где еще бредить небом, как не в таком мире?!
Такой же романтической мечтой, лишь немного уступающей мечте о небе, была идея освоения морских пространств, а кульминацией, одновременным воплощением обеих этих идей являлась работа по освоению русского Севера. И в том, что первыми Героями Советского Союза стали летчики именно полярной авиации, спасавшие участников самой дерзкой полярной экспедиции первой половины 1930-х, нет совершенно ничего странного. Напротив, было бы удивительно, если бы получилось иначе, если бы первыми стали не пилоты, вывозившие на Большую землю экипаж и пассажиров затонувшего парохода «Челюскин».
Семеро героев челюскинской эпопеи
Величайшего героизма, ради которого была учреждена высшая награда СССР, не было бы без величайшей катастрофы. Ею стал первый и последний рейс парохода «Челюскин». 11 марта 1933 года он был спущен на воду под именем «Лена», 19 июня переименован в «Челюскин» в честь легендарного русского исследователя Севера Семена Челюскина, а 16 июля отправился в поход по Северному морскому пути.
«Челюскину» предстояло за одну навигацию пройти от Мурманска до Владивостока - будущего порта приписки - и тем самым доказать, что подобные походы возможны. Пусть не в одиночку, а с поддержкой ледоколов, но возможны. Для набирающей промышленные обороты страны это было важно: Северный морской путь экономил существенные силы и средства на доставке грузов на Дальний Восток. Увы, экспедиция фактически доказала обратное: без серьезной ледокольной поддержки и без специально построенных для Арктики судов рассчитывать на успех в течение одной навигации невозможно.
Пароход «Челюскин» во время своего плавания в 1933 г. из Белого моря в Тихий океан был зажат среди дрейфующих льдов и затонул в Чукотском море
23 сентября 1933 года, через два месяца плавания, «Челюскин» окончательно затерло льдами, а 13 февраля 1934 года льды раздавили пароход, и он в течение двух часов затонул. Но жертвой катастрофы стал один-единственный человек. Завхоз экспедиции Борис Могилевич, сходивший с судна в числе последних (вместе с капитаном Владимиром Ворониным и начальником экспедиции Отто Шмидтом), был раздавлен сорвавшимся с креплений палубным грузом. Еще 104 человека успели благополучно высадиться на лед со всем необходимым для зимовки оборудованием и стали ждать помощи с Большой земли.
Было совершенно ясно, что единственный способ быстрой эвакуации челюскинцев - это снять их самолетами. Отправлять на помощь другой пароход было бессмысленно: долго и нет гарантии, что он успеет дойти раньше, чем под зимовщиками начнет ломаться лед. Чтобы гарантировать успех спасательной операции, к полетам привлекли семерых самых опытных пилотов только-только возникшей полярной авиации: Михаила Водопьянова, Ивана Доронина, Николая Каманина, Анатолия Ляпидевского, Сигизмунда Леваневского, Василия Молокова и Маврикия Слепнева - будущих первых Героев Советского Союза.
Первые 12 человек были эвакуированы 5 марта на самолете АНТ-4 Анатолием Ляпидевским. Второй раз добраться до челюскинцев удалось лишь 7 апреля, и в течение шести дней 24 рейсами все зимовщики были вывезены на Большую землю, в чукотский поселок Ванкарем. Эвакуация закончилась 13 апреля. Через три дня Верховный совет учредил новую высшую награду СССР - звание Героя Советского Союза, а еще через четыре дня, 20 апреля, она была вручена семерым летчикам-полярникам. Каждый из них заслуживает пусть короткого, но отдельного рассказа - в том порядке, в каком всем семерым вручалась грамота о присвоении высшей степени отличия.
Самый первый: Анатолий Ляпидевский (грамота и медаль «Золотая Звезда» № 1)
Анатолий Ляпидевский, удостоившийся самой высокой чести - быть первым среди первых Героев Советского Союза, был одним из самых молодых (моложе него, и то всего на год, только Каманин) участников легендарной семерки. В авиацию он пришел в 1927 году, окончив Ленинградскую военно-теоретическую школу ВВС, а затем и Севастопольскую военную школу морских летчиков.
Анатолий Ляпидевский
В апреле 1933 года уволенный в запас Ляпидевский перешел на работу в гражданскую авиацию. Сначала летал рейсовым пилотом на Дальнем Востоке, а потом попросил о переводе в только что организованное Управление воздушной службы Главного управления Севморпути - полярную авиацию. Меньше, чем через год, после 29 неудачных вылетов в пургу и метель 5 марта 1934 года Анатолий Ляпидевский стал первым из летчиков спасотряда, которому посчастливилось найти челюскинцев и приземлиться на крохотный участок ровного льда, расчищенный зимовщиками: всего 150 на 450 метров!
Летчик и не предполагал, что этот первый рейс, за который он эвакуировал изо льдов всех десятерых женщин и двоих детей - всех, так сказать, «слабых» зимовщиков, - станет для него и последним в эпопее. При подготовке ко второму полету к челюскинцам самолет Ляпидевского во время перелета из Уэлена в Ванкарем, где располагался штаб спасательной операции, совершил вынужденную посадку во льдах, подломив стойку шасси. Спасли экипаж чукчи, увидевшие садящийся самолет. Его удалось отремонтировать и поднять в небо только 25 апреля. Так что о том, что он стал первым в истории Героем Советского Союза, Ляпидевский узнал с опозданием на пять дней: после аварийной посадки не работала рация.
Самый молодой: Николай Каманин (грамота и медаль «Золотая Звезда» № 2)
Второй Герой Советского Союза был самым младшим из «великолепной семерки». Чтобы в 1927 году стать курсантом Ленинградской военно-теоретической школы ВВС, Каманину пришлось слукавить и прибавить себе лишний год. Ему поверили, и мечта владимирского мальчишки о небе начала сбываться.
Год спустя Каманин окончил школу в Ленинграде и поступил в Борисоглебскую военную авиационную школу летчиков, а с 1929 года начал службу в легкобомбардировочной авиации на Дальнем Востоке. И за пять лет заработал себе такую отличную репутацию, что, когда из Москвы поступил приказ командировать с Дальнего Востока отряд военных летчиков для участия в спасении челюскинцев, других кандидатур, кроме Каманина, и не было.
Николай Каманин
Отряд летчиков, куда вошел и Василий Молоков, на легких бомбардировщиках Р-5 добирался до Ванкарема полтора месяца! Сопротивлялось все: и погода, и не подготовленная к эксплуатации в полярных условиях техника… Только люди не подводили. В итоге, потеряв два самолета, отряд Каманина долетел до Ванкарема и с 7 апреля приступил к эвакуации челюскинцев.
В первый день Каманин с Молоковым вывезли из лагеря на Большую землю шесть человек, сажая по три пассажира в кабину, где в обычное время размещался один летчик-наблюдатель. В общей сложности самому молодому из летчиков-героев удалось эвакуировать в Ванкарем 34 человека - это второй по результативности показатель среди всех семерых пилотов.
Самый результативный: Василий Молоков (грамота и медаль «Золотая Звезда» № 3)
Армейскую службу Василий Молоков начал еще в Русском императорском флоте в 1915 году на Балтике, а после революции сумел совместить службу по призыву со службой по призванию, став механиком в морской авиации. В 1921 году Молоков окончил Самарскую школу морских летчиков и вернулся туда, где начинал службу, - на Балтику.
Василий Молоков
Спустя 10 лет он ушел в запас, работал пилотом на пассажирских линиях в Сибири, а в 1932 году стал одним из первых полярных летчиков. В 1933-м Молоков уже командует авиаотрядом в составе Управления воздушной службы Главного управления Севморпути, а в марте 1934 года, когда гибнет «Челюскин», получает предписание войти в состав отряда Николая Каманина.
Участие Молокова, как вспоминал сам Каманин, серьезно помогло отряду: Молоков неплохо знал коварный характер Севера и умел летать в арктических условиях. Не случайно он стал самым результативным летчиком «великолепной семерки»: в общей сложности Молоков эвакуировал на своем Р-5 39 челюскинцев! Например, 11 апреля Молоков четырьмя рейсами вывез 20 человек - по пять за раз. Для этого ему пришлось сажать людей не только в кабину летчика-наблюдателя, но и в подкрылевые парашютные ящики - полутораметровые фанерные «сигары», где можно было только лежать, согнув колени.
Самый романтический: Сигизмунд Леваневский (грамота и медаль «Золотая Звезда» № 4)
Биография Сигизмунда Леваневского романтична даже для столь романтичного времени, как первые годы Советской России. Уроженец Санкт-Петербурга, поляк по крови, он в октябре 1917-го стал красногвардейцем и принял самое активное участие в революционных событиях. Потом была Гражданская война, борьба с бандитами в Дагестане и работа завхозом в воздухоплавательном отряде в Петрограде. Оттуда-то в 1923 году Леваневского и направили на учебу в Севастопольскую военную школу морских летчиков, в которую он… опоздал!
Ему пришлось почти год проработать на привычной должности завхоза в той же школе, чтобы все-таки поступить на следующий год. Впрочем, школа об этом не пожалела: Леваневский быстро стал одним из лучших курсантов, а потом, после службы в линейных частях вернулся туда уже летчиком-инструктором.
Сигизмунд Леваневский
Квалификация помогла Леваневскому в числе первых войти в состав пилотов Управления воздушной службы Главного управления Севморпути: он работал там с весны 1933 года. И совершенно логично, что его как опытного пилота привлекли к спасению челюскинцев. Но и тут романтическая биография Леваневского дала о себе знать. Он стал единственным из числа первых Героев Советского Союза, кто за время спасательной операции… не эвакуировал ни одного человека!
В феврале 1934 года его вместе с летчиком Маврикием Слепневым и уполномоченным правительственной комиссии Георгием Ушаковым направили в США закупать недостающие многоместные самолеты Consolidated Fleetster. 29 марта 1934 года, в разгар спасоперации Слепнев на одном самолете и Леваневский с Ушаковым на другом вылетели из американского Нома в Ванкарем. Но долетел туда лишь Слепнев. Леваневский из-за сильного обледенения совершил вынужденную посадку, разбив самолет. Но он все-таки доставил руководителя операции к пункту назначения, хотя и пешком.
Из всех семерых первых Героев Советского Союза именно Леваневский не дожил даже до начала Великой Отечественной войны. Впрочем, и финал его биографии был более чем романтичным. 12 августа 1937 года он на самолете ДБ-А с экипажем из пяти человек отправился в трансарктический перелет Москва - Фербенкс. На следующий день самолет с бортовым номером Н-209 пропал, и тайна его исчезновения не разгадана по сей день…
Самый профессиональный: Маврикий Слепнев (грамота и медаль «Золотая Звезда» № 5)
Профессию военного летчика Маврикий Слепнев начал осваивать раньше всех других членов «великолепной семерки» - в годы Первой мировой войны. Он был призван на службу еще в 1914 году, год спустя выпустился из школы прапорщиков, а в 1917 году окончил Гатчинскую летную школу и служил командиром авиаотряда в звании штабс-капитана. Впрочем, революцию Слепнев принял сразу и безоговорочно, участвуя в ней в качестве командира Красной гвардии Лужского района Петрограда.
Маврикий Слепнев
Потом были командные должности в только-только зарождавшемся Красном военно-воздушном флоте, а с 1925 года - работа в гражданском флоте с пребыванием в военном резерве (при регулярном выполнении чисто военных задач). С 1931 года Слепнев начал летать в Арктике: пилотом Управления воздушной службы Главного управления Севморпути он стал одновременно с Леваневским. Вместе их и отправили в США за девятиместными самолетами Consolidated Fleetster.
Благополучно долетев из Нома в Ванкарем (попав в пургу, из-за которой начал обледеневать самолет, Слепнев, в отличие от Леваневского, не стал прорываться дальше, а вернулся и вылетел на следующий день), он в первый же рейс 3 апреля вывез из лагеря пятерых челюскинцев.
А 12 апреля именно Слепневу доверили еще одну сложную задачу: доставить тяжело заболевшего Отто Шмидта из Ванкарема в аляскинский Ном и заодно вернуть домой авиамехаников Клайда Армстедта и Уильяма Лавери (первый был механиком на самолете Леваневского, второй - Слепнева, но оба летели на слепневской машине, поскольку на машине Леваневского летел начальник операции Ушаков).
Самый упорный: Михаил Водопьянов (грамота и медаль «Золотая Звезда» № 6)
Михаил Водопьянов пришел в авиацию позднее всех остальных из «великолепной семерки». Впрочем, это как посчитать. Формально он только в 1928 году окончил летную школу «Добролета» (который позднее стал «Аэрофлотом»). Но еще в 1918 году Водопьянов, добровольцем пошедший в Красную армию, служил подвозчиком топлива в дивизионе воздушных кораблей «Илья Муромец» в Липецке! А десять лет ушло на то, чтобы после демобилизации вернуться-таки к самолетам, так поразившим девятнадцатилетнего юношу из Липецка.
Михаил Водопьянов
После этого летная карьера Водопьянова уверенно шла в гору. Сначала - летчик «Добролета», участвовавший в борьбе с саранчой в Средней Азии, затем - первопроходец пассажирской трассы на Сахалин. С 1931 года - пилот летного отряда «Правда», доставлявшего матрицу главной газеты СССР в крупнейшие города, прежде всего за Урал. А потом был испытательный перелет Москва - Петропавловск-Камчатский, авария на Байкале и тяжелейшие травмы, после которых только на голове у пилота осталось 36 (!) швов. С такими ранениями не то что в спасатели, челюскинцев в гражданскую авиацию могли не взять!
Но Михаил Водопьянов добился своего: его включили в состав участников спасоперации и поручили участвовать в перегоне тройки самолетов - двух ПС-3 и одного Р-5 - из Хабаровска в Ванкарем. Вместе с Водопьяновым летели пилоты Иван Доронин и Виктор Галышев, который командовал перелетом. Преодолев 6000 километров, тройка летчиков добралась до Анадыря, где у самолета Галышева отказал мотор. В Ванкарем прилетели только Водопьянов и следом за ним Доронин.
За три полета к челюскинцам Водопьянов вывез 10 человек, доказав, что не зря настаивал на своем включении в состав отряда спасателей. Он же, кстати, был и участником последнего полета на льдину 13 апреля - вместе с Николаем Каманиным и Василием Молоковым.
Самый опытный: Иван Доронин (грамота и медаль «Золотая Звезда» № 7)
Как признавался своим товарищам по челюскинской эпопее сам Доронин, до 16 лет он, уроженец Саратовской губернии, «ни на поезде, ни на пароходе не ездил». Зато после шестнадцатилетия набрал свое с лихвой. По комсомольской путевке Иван отправился восстанавливать военный флот и оказался в Ленинграде - сначала на курсах морских техников, а потом и в военно-морском училище. Но вскоре променял один океан на другой: в 1924 году Доронин добился, чтобы его откомандировали в Егорьевскую авиационно-техническую школу, из которой его перевели в Севастопольскую военную школу морских летчиков.
Иван Доронин
Через пять лет Иван Доронин ушел из армии и начал работать гражданским пилотом, осваивая сибирские и дальневосточные трассы. Вернее, даже не столько осваивая, сколько прокладывая. В его послужном списке к 1934 году значились первый пролет по трассе Иркутск - Усть-Среднекан, а также участие в полярной экспедиции в Карском море. А в летной книжке было записано, что за девять лет работы Доронин налетал 300 000 километров без единой аварии!
Тем обиднее было ему, опытнейшему летчику, прорвавшемуся вместе с Михаилом Водопьяновым в Ванкарем из Хабаровска за 6000 километров, потерпеть аварию в первом же вылете к челюскинцам! И не по своей вине: при посадке лыжа самолета ПС-3, на котором летел Доронин, наткнулась на намерзший за ночь ледяной заструг, вильнула в сторону, ударилась о другой заструг и сломалась. Самолет бессильно замер прямо на ледяном аэродроме…
Машину довольно быстро привели в порядок, но за время челюскинской эпопеи Доронин успел совершить всего один полет и вывезти двух человек. Это, впрочем, никак не повлияло на решение присвоить ему звание Героя Советского Союза - в числе других семерых героев.
Пять лет в ожидании «Золотой Звезды»
Указ о введении звания Героя Советского Союза не предусматривал никаких дополнительных знаков отличия, кроме грамоты ЦИК СССР о присвоении звания. Правда, первым Героям вместе с грамотой вручили и высшую на тот момент награду - орден Ленина. Через два года эта практика была утверждена указом только что избранного Верховного совета СССР, а еще через три года, в 1939-м, появился и собственный знак отличия звания Героя Советского Союза - медаль «Золотая Звезда».
Поскольку к тому времени высшего отличия удостоились уже 122 человека, медали вручали, так сказать, задним числом, но строго придерживаясь очередности присвоения званий. Соответственно, медаль «Золотая Звезда» № 1 была вручена обладателю грамоты №1 - Анатолию Ляпидевскому, и далее по списку. Из участников «великолепной семерки» лично не смог получить награду только Сигизмунд Леваневский: к тому времени он уже два года числился пропавшим без вести.
Название парохода «Челюскин» знакомо многим россиянам, особенно старшего возраста. При этом не все четко помнят, чем же именно прославилось это судно. Экспедиция «Челюскина» в середине 1930-х годов должна была доказать пригодность использования Северного морского пути (СМП), который планировалось использовать для снабжения всем необходимым Дальнего Востока и Сибири. Летом 1932 года из Архангельска до Берингова пролива успешно прошел советский ледоход «Александр Сибиряков». Успех ледокола должно было повторить грузовое судно. Таким судном и стал пароход «Челюскин».
Корабль был назван в честь участника Великой Северной экспедиции Семена Ивановича Челюскина (1700-1764). Этот российский исследователь открыл самую северную точку на континенте Евразии - мыс, который в настоящее время носит его имя. Стоит отметить, что поход 1932 года не обошелся без приключений. Ледокол «Александр Сибиряков» лишился в Беринговом проливе винта, поэтому ему пришлось двигаться кормой вперед под самодельными парусами. И все же он смог пройти от Мурманска до Владивостока всего за одну навигацию, т. е. за летне-осенний период. Капитаном ледокола в этом плавании был Владимир Иванович Воронин, а начальником экспедиции - знаменитый советский профессор Отто Юльевич Шмидт.
Сразу же по завершении этой первой экспедиции в СССР было организовано Главное управление Северного морского пути, сокращенно Главсевморпуть. Новой организации предстояло освоить данный путь, построить необходимые поселки, обеспечить трассу необходимым техническим оборудованием и сделать многое другое. Начальником Главсевморпути стал выше упомянутый О. Ю. Шмидт. Новый поход по трассе СМП он задумал провести уже в 1933 году. С немалым трудом Шмидту удалось добиться передачи в адрес Главсевморпути нового, только что построенного на датских верфях парохода «Лена», который был переименован в «Челюскин».
Корабль был построен в Копенгагене на верфях компании «Бурмейстер и Вайн» по заказу СССР. Это был достаточно большой пароход новейшей на тот момент конструкции. При постройке судна были учтены условия его эксплуатации во льдах. Корпус корабля обладал соответствующей формой, а обшивка корпуса была укреплена. На корабле также имелось специальное помещение, предназначенное на случай вынужденной зимовки, когда силовую установку пришлось бы остановить, чтобы зря не расходовать топливо. На борту корабля даже был размещен небольшой самолет-амфибия Ш-2. Самолет мог взлетать как с большой льдины, так и с открытой воды, и предназначался для ведения воздушной разведки.
Необходимо отметить, что в те годы арктические достижения были блестящей находкой для советской пропаганды. В это время полярники были теми людьми, чье место через 30 лет предстояло занять космонавтам. Тема освоения Севера в Советском Союзе была сопряжена с мужеством полярников и романтикой арктических будней, она не сходила со страниц советских газет и журналов, а также художественной литературы и киноэкранов. В результате было сформировано целое поколение граждан, для которых работа в советском Заполярье стала настоящим делом всей жизни. В этих людях отразилась эпоха 30-х годов. Ими двигало всё то возвышенное и прагматичное, романтичное и страшное, что было присуще тому времени.
16 июля 1933 года пароход «Челюскин» под командованием известного полярного капитана В. И. Воронина и начальника экспедиции О. Ю. Шмидта, который, помимо всего прочего, был членом-корреспондентом Академии Наук СССР, отплыл из Ленинграда в Мурманск. По пути корабль зашел в датские доки компании «Бурмейстер и Вайн», здесь на корабле устранили ряд выявленных дефектов. 10 августа 1933 года корабль вышел из мурманского порта и отправился во Владивосток. Экспедиция должна была отработать схему доставки грузов по трассе СМП за одну летнюю навигацию. На трудных участках трассы планировалась проводка «Челюскина» с помощью ледоколов.
Пароход отбыл из Мурманска рано утром в 4:30. Из-за столь раннего времени на пристани было не так много провожающих. На борту «Челюскина» находилось 112 человек, включая 53 члена экипажа, 29 человек из состава экспедиции, а также 18 зимовщиков острова Врангеля и 12 строителей. На судне имелись существенные запасы: 2995 тонн угля, 500 тонн воды и продовольствие, которого должно было хватить на 18 месяцев. Также корабль взял на борт трехгодичный объем снабжения для острова Врангеля. Стоит отметить, что в экспедиции достаточно серьезно подошли к вопросу питания ее членов. Для того, чтобы экипаж корабля мог питаться свежим мясом, на борт было взято 26 коров и 4 маленьких поросенка, которые в процессе плавания превратились в здоровых боровов и помогали разнообразить меню полярников.
Поначалу плавание шло для экспедиции довольно успешно. «Челюскину» удалось пройти практически весь маршрут. Корабль вошел в Берингов пролив и 7 ноября отправил в Москву специальную приветственную радиограмму. Однако в проливе началось движение льдов в обратную сторону. Зажатый во льдах пароход «Челюскин» начал движение в обратном направлении, снова попав в Чукотское море. Это возвращение сопровождалось получением судном повреждений. В итоге корабль просто вмерз в крупную льдину и несколько месяцев был вынужден дрейфовать вместе с ней. При этом в любой момент льды могли прийти в движение и просто раздавить судно. Так и произошло…
13 февраля 1934 года в эфир ушла радиограмма, которая рассказала миру о гибели парохода «Челюскин». Корабль затонул 13 февраля 1934 года в 15:30 в 144 милях от мыса Уэлен и в 155 милях от мыса Северный, будучи раздавлен льдами. Последними корабль покинули его капитан Воронин и начальник экспедиции Шмидт, при этом завхоз Борис Могилевич замешкался на палубе корабля и был придавлен накатившейся на него бочкой. Он ушел на дно вместе с судном и стал единственной жертвой экспедиции. После затопления парохода на льду осталось 104 человека, включая 10 женщин и 2-х детей (во время экспедиции в семье геодезиста Васильева родилась дочь). Еще 8 человек покинули пароход до описанных событий возле мыса Челюскин по различным причинам, в основном по болезни.
В результате ровно 2 месяца - с 13 февраля по 13 апреля 1934 года - членам полярной экспедиции пришлось вести борьбу за жизнь. Все 104 члена экспедиции вели героическую работу по организации на океанском льду нормальной жизни, а также занимались подготовкой аэродрома, поле которого покрывалось трещинами и торосами, заносилось снегом, а лед на нем постоянно разламывался. Челюскинцы смогли обустроить неплохой лагерь. Для женщин и детей был построен полноценный деревянный барак, благо на борту судна были необходимые пиломатериалы. Также участники экспедиции построили свою пекарню и даже начали выпускать стенгазету под названием «Не сдаемся!» Душой лагеря в это время был начальник экспедиции Отто Шмидт. Связь экспедиции с материком все это время обеспечивал Эрнст Кренкель - знаменитый полярный радист.
Спасение челюскинцев вылилось в настоящую эпопею и стало славной страницей в отечественной полярной авиации. Первую посадку в лагере челюскинцев 5 марта 1934 года совершил экипаж самолета АНТ-4 под управлением Анатолия Ляпидевского. До этого экипаж под его командованием совершил 28 вылетов, удачным оказался только 29-й по счету. В этом нет ничего удивительного: найти дрейфующую льдину с полярниками с периодически опускающимся туманом было не так-то легко. При этом Ляпидевский сумел посадить самолет на очень ограниченной площадке 150 на 400 метров в 40-градусный мороз. Это был самый настоящий подвиг.
Первым же рейсом самолет АНТ-4 вывез из лагеря 10 женщин и двоих детей, однако во второй раз у самолета отказал двигатель и его экипаж вынужден был присоединиться к челюскинцам. Массовая эвакуация полярников началась через 13 дней и продлилась две недели. Всего советские летчики выполнили 24 рейса, спасти удалось всех 104 человек, оказавшихся на льдине и 2 месяца проведших на ней в условиях полярной зимы. Все летчики, принимавшие участие в спасении полярников, были представлены к званию Героя Советского Союза. Среди них были Анатолий Ляпидевский, Маврикий Слепнев, Василий Молоков, Николай Каманин, Михаил Водопьянов и Иван Доронин. Все участники зимовки на льдине, включая погибшего при затоплении судна Б. Могилевича, были награждены орденами Красной Звезды (кроме детей). За помощь в спасении советских полярников также были награждены двое американцев - бортмеханики Уильям Левери и Клайд Армстед, которые получили ордена Ленина.
В Москве всем челюскинцам была устроена торжественная встреча с руководством Советского Союза и жителями города, их встретили как настоящих героев. История парохода «Челюскин» нашла свое отражение в литературе и кино. По мотивам данной экспедиции было снято несколько художественных фильмов, написаны книги. Память челюскинцев была увековечена в большом количестве улиц, которые сегодня можно встретить во многих городах России, Украины и Белоруссии.
В недавнем прошлом предпринимались попытки обнаружить затонувшее судно. Экспедиции, которые были организованы в 1974 и 1978 годах, закончились ничем. Новая поисковая подводная экспедиция была организована уже в России - в 2004 году, к 70-летию со дня описываемых событий. Экспедиция получила название «Челюскин-70». Участники данной экспедиции заявляли об обнаружении затонувшего парохода в том же году, но довольно скоро удалось выяснить, что данная информация является ошибочной.
Корабль был обнаружен в 2006 году. Поднятые со дна моря фрагменты корабля и взятые пробы металла были отправлены в Данию на верфи, на которых и строилось судно. В феврале 2007 года датская судостроительная компания подтвердила, что найденные фрагменты принадлежат именно «Челюскину». В частности, вентиляционная решетка и стойка леерного ограждения, которые были подняты со дна Чукотского моря, действительно принадлежат легендарному пароходу. Обнаружение затонувшего парохода поставило точку во всей этой истории.
Источники информации:
http://www.diletant.ru/excursions/35543
http://monoblog.su/?p=7275
http://www.calend.ru/event/5888
http://www.testpilot.ru/review/ppt/cheluskin.htm
