ЛЕКЦИЯ № 6. Отечественные работы в области психологической диагностики 1. Материалистическая основа в русской экспериментальной психологии. Труды И. М. Сеченова и И. П. Павлова. «Рефлексология» В. М. Бехтерева
Особенностью развития психологии в последней четверти XIX в. было внесение в нее экспериментальных методов исследования. Эта черта характерна и для русской психологии того времени. Обычно в психологии период развития экспериментальных методов определяется работами Вильгельм Вундта и его школы. Между тем изучение истории русской психологии показывает, что и в ней развивались экспериментальные работы, причем шли преимущественно в материалистическом направлении. Этим отечественные исследования по экспериментальной психологии отличались от работ школы Вильгельм Вундта. Как уже говорилось, в этой школе собственно психические явления предлагалось изучать при помощи самонаблюдения, а объективный экспериментальный метод применять только к физиологическим и низшим психическим процессам.
В противоположность вундтовской психологии многие экспериментальные исследования в русской психологии проводились под знаком материалистических идей . У истоков этого направления находились два величайших корифея науки – И. М. Сеченов (1829–1905) и И. П. Павлов (1849–1936) .
В трудах Сеченова начиная с 1863 г. последовательно формируется материалистическое понимание психической деятельности. Изучая материальный субстрат психических процессов – мозг, Сеченов предложил рефлекторную теорию психической деятельности. Продолжателем его дела был И. П. Павлов, создавший теорию условных рефлексов и проложивший путь от объективных исследований по функциональной физиологии центральной нервной системы к изучению материальных основ психических явлений.
Взгляды Сеченова и Павлова оказали решающее воздействие на мировоззрение видного представителя естественнонаучного направления в психологии В. М. Бехтерева . Вся рефлексология В. М. Бехтерева была реализацией рефлекторной теории Сеченова. Бехтерев стремился выявить связь психической деятельности с мозгом, нервными процессами, называл психические процессы невропсихикой. По его мнению, изучение психики не может быть ограничено одной ее субъективной стороной. Бехтерев утверждал, что «нет вообще ни одного сознательного или бессознательного процесса мысли, который не выражался бы рано или поздно объективными проявлениями» (Бехтерев В. М. Объективная психология и ее предмет // Вестник психологии. 1904. № 9-10. С. 730). Он утверждал, что объективная психология должна пользоваться только объективным методом и характеризовать психический процесс только с его объективной стороны.
Сочетая в себе талант психолога, физиолога, психиатра и невролога-клинициста, Бехтерев был вместе с тем и выдающимся организатором психологической науки, одним из руководителей ее прогрессивного крыла. Возглавив Психоневрологический институт в Петербурге, он собрал в нем коллектив исследователей, выполнивших ряд работ экспериментального характера.
Вместе с тем при всей прогрессивности борьбы Бехтерева за объективные методы исследования против субъективистской психологии он не мог преодолеть отношения к психическим процессам как к эпифеноменам (побочным, сопутствующим явлениям, не оказывающим влияния на основной процесс) актов поведения и, протестуя против метафизических понятий («память», «чувства», «внимание»), неправомерно игнорировал те реальные процессы, которые находят отражение в них.
2. Первые в России лаборатории экспериментальной психологии. Работа Г. И. Россолимо «Психологический профиль личности». «Научная характерология» А. Ф. Лазурского
Первая в России экспериментальная психологическая лаборатория открылась в 1885 г. при клинике нервных и душевных болезней Харьковского университета; были устроены лаборатории опытной психологии в Петербурге, Дерпте. В 1895 г. по инициативе крупнейшего русского психиатра С. С. Корсакова была создана психологическая лаборатория при психиатрической клинике Московского университета. Заведовать ею стал ближайший помощник Корсакова – А. А. Токарский . Во всех этих лабораториях работали врачи-невропатологи и психиатры, совмещавшие свои психологические исследования с врачебной практикой в клинике, а также студенты-медики. Исключение составляла психологическая лаборатория в Новороссийском университете (в Одессе). В отличие от других она была создана на историко-филологическом факультете профессором философии Н. Н. Ланге .
Центральной в экспериментальных исследованиях, проводившихся в психологических лабораториях, была проблема зависимости психики от мозга и внешнего мира. Исследовательская работа была тесно связана с медицинской практикой и служила целям диагностики психических и нервных заболеваний.
В этих исследованиях изучались объективные признаки тех или иных психических явлений (например, изменение пульса и дыхания как отражение эмоций), доказывалась предметность, объективность наших восприятий, выяснялась зависимость памяти и внимания от условий опыта и т. д. Кроме того, во всех экспериментальных лабораториях проводились исследования скорости протекания психических процессов.
Итак, во второй половине XIX в. в отечественную психологию был введен эксперимент . Но для возникновения психологической диагностики необходимо было, кроме того, чтобы практике потребовалось знание об индивидуально-психологических особенностях человека. Первые отечественные работы по психологической диагностике выполнялись в первые десятилетия XX в.
Вероятно, одна из первых значительных дореволюционных отечественных работ по психологическому тестированию, представляющая законченное самостоятельное исследование, была выполнена Г. И. Россолимо в 1909 г. в Московском университете. Г. И. Россолимо, крупнейший невропатолог и психиатр, поставил своей целью найти метод количественного исследования психических процессов в нормальном и патологическом состояниях. По существу этот метод, получивший широкую известность как в России, так и за рубежом, был одной из ранних оригинальных систем тестов для измерения умственной одаренности. Эта система обследования, названная методикой индивидуального психологического профиля, сводилась к определению одиннадцати психических процессов, которые оценивались по десятибалльной системе на основании ответов на 10 достаточно произвольно подобранных вопросов. Устанавливалась сила прирожденного ума («первичного ума»), который как некое устойчивое качество противопоставлялся «вторичному уму», непрерывно совершенствующемуся под влиянием внешних воздействий. Психические процессы, измеряемые методикой Россолимо, в целом составляли также три группы, как внимание и воля, точность и прочность восприятия, ассоциативная деятельность. Он предложил графическую форму представления измерений психических процессов – вычерчивание психологического профиля, который наглядно демонстрировал соотношение указанных процессов. Отличительная особенность метода психологического профиля – его независимость от возраста испытуемого. Форма профиля оказалась надежным критерием для диагностики умственной отсталости.
Труды Россолимо были с интересом встречены как психологами, так и психиатрами, специализировавшимися на проблемах умственной отсталости. Подобные профили с того времени прочно вошли в психологическую диагностику.
Интересно мнение П. П. Блонского , высказанное по поводу методики определения психологического профиля: высоко оценивая эту методику, он признает работу Г. И. Россолимо наиболее удачной среди всех отечественных работ, так как в ней отобраны очень показательные для умственного развития тесты. Положительным в исследованиях Россолимо было, считает П. П. Блонский, также и то, что в отличие от западного тестирования он стремился к целостной оценке личности, синтетическому способу изображения ее сильных и слабых сторон. Лишь впоследствии синтетический способ исследования личности, к которому стремился Россолимо, начал укрепляться в психологической диагностике на Западе и в США.
Еще один русский психолог, придерживавшийся сходных взглядов на изучение личности, А. Ф. Лазурский , примерно в то же время создал новое направление в дифференциальной психологии – научную характерологию. Строго придерживаясь опыта и эксперимента как основных методов исследования, он в то же время стоял за создание научной теории индивидуальных различий. Основной целью дифференциальной психологии он считал «построение человека из его наклонностей», а также разработку возможно более полной естественной классификации характеров.
Неудовлетворенность лабораторно-экспериментальными методами побудила Лазурского искать другие методы. Он выступает за естественный эксперимент, при котором преднамеренное вмешательство исследователя в жизнь человека совмещается с естественной и сравнительно простой обстановкой опыта. Благодаря этому, по мнению Лазурского, удается исследовать не отдельные психические процессы, как это обычно делается, а психические функции и личность в целом.
Важным в теории Лазурского было положение о теснейшей связи свойств характера с нервными процессами. Причем это было не воскрешение галлевской френологии (локализация способностей в виде внешне выраженного развития отдельных обособленных участков больших полушарий), а объяснение свойств личности нейродинамикой корковых процессов. Итак, научная характерология Лазурского строилась как опытная наука, опирающаяся на естественный эксперимент и изучение нейродинамики корковых процессов. Не придавая вначале значения количественным методам оценки психических процессов, используя только качественные методы, он позднее ощутил недостаточность последних и попытался использовать графические схемы для определения способностей ребенка. Но работы в этом направлении были не закончены им, помешала преждевременная кончина исследователя (1917).
3. Развитие психодиагностики и психотехники в советский период (20-30-е гг. ХХ в). «Измерительная шкала ума» А. П. Болтунова. Работы М. Ю. Сыркина. Педология. Постановление ЦК ВКП(б) «О педологических извращениях в системе наркомпросов»
С развитием дифференциально-психологических исследований психология в целом обогатилась рядом новых методов и подходов. Стали вполне осуществимы ее связи с практикой. Все это послужило основой для возникновения психологической диагностики. Собственно психодиагностические работы в России за малым исключением начали развиваться в послереволюционный период. Особенно много таких работ появилось в 1920-1930-е гг. в области педагогики, медицины, педологии. Подавляющее большинство методик были копированием западных психологических тестов. Незначительные отличия проявлялись в формах проведения тестовых испытаний, обработке и интерпретации экспериментального материала.
Определенный интерес с точки зрения развития новых форм тестирования представляет «Измерительная шкала ума» Болтунова (1928), положившего в основу своей работы шкалу Бине – Симона, переведенную и адаптированную П. П. Соколовым для испытания умственной одаренности русских школьников. По сути дела, шкала Болтунова представляет собой самостоятельную разработку нового набора тестов. Несмотря на известную аналогию со шкалой Бине – Симона, шкала Болтунова имеет специфические особенности: в ней модифицировано большинство заданий, введены совершенно новые задания, предложена новая инструкция и форма ее использования, определено время решения тестовых заданий, разработаны показатели возрастных ступеней. Принципиальное отличие шкалы Болтунова от шкалы Бине – Симона состоит в возможности проводить групповые испытания. И тем не менее данная работа типична для традиционного психологического тестирования. В ней сильно сказывается утилитарный механистический подход к использованию диагностических методик.
Этот подход характеризовался стремлением внедрить в обработку тестов методы вариационной статистики и вместе с тем тщательно отработать приемы формализации в обработке результатов. Изучению же содержательной стороны диагностируемых психологических процессов не уделялось сколько-нибудь серьезного внимания. В этом отношении психодиагностические исследования в России были определенным отступлением от традиций русской психологии, всегда стремившейся к теоретической и методологической проработке своей экспериментатики.
Работы по тестированию детей, по сути дела заменили поиск теоретических установок и перспектив совершенствования техники эксперимента и математического анализа. Вместо изучения содержательной стороны психологического тестирования тестологи лишь тщательно отрабатывали приемы формализации и обработки результатов.
Особое место в отечественных тестологических исследованиях занимают работы М. Ю. Сыркина , специально изучавшего проблему сопряженности показателей тестов одаренности и признаков социального положения (факт, установленный еще в первых работах Бине). Связь между особенностями речевого развития и результатами тестирования к тому времени была доказана экспериментально (уже самые первые работы тестологов фиксировали эту зависимость). Однако с течением времени социальный аспект существования интеллектуальных различий между слоями и классами общества для тестологии становился все более острым и значимым.
В этом отношении чрезвычайно важны работы Сыркина, поскольку в отечественных исследованиях по психологическому тестированию он первый доказал, сколь противоречивой является тестовая диагностика индивидуальных различий, допускающая прямо противоположную интерпретацию результатов исследования. Самостоятельные экспериментальные работы Сыркина показывают, что между тестовыми оценками и социальными признаками испытуемых имеется линейная форма связи, в некоторых случаях достаточно тесная, к тому же обладающая высокой временной стабильностью.
В 1920-е гг. в нашей стране значительное развитие получила психология труда и психотехника (труды И. Н. Шпильрейна , С. Г. Геллерштейна , Н. Д. Левитова , А. А. Толчинского и др.). В рамках этих отраслей психологии развивалась психодиагностика, результаты которой нашли применение в ряде направлений народного хозяйства, прежде всего в промышленности, транспорте, в системе профессионального обучения.
Во многих городах страны работали психотехнические лаборатории, готовились кадры психотехников, было создано Всесоюзное общество по психотехнике и прикладной психофизиологии, издавался журнал «Советская психотехника» (1928–1934), проводились психотехнические конференции и съезды.
Как особая отрасль отечественной психологии психотехника организационно оформляется к 1927–1928 гг. Ею много сделано в области поисков рациональных методов психотехнического и профессионального обучения, организации трудового процесса, формирования профессиональных навыков и умений.
Вместе с тем психотехника подвергалась критике, в особенности за формальное использование некоторых теоретически не обоснованных тестов. Результатом этого стало свертывание работ по психотехнике к середине 1930-х гг.
Отрицательное отношение к психотехнике усилилось в период повсеместно развернувшейся критики педологии, с которой у нее было много общего.
Педология была задумана как комплексная наука, занимающаяся целостным, синтетическим изучением детей. Но научный синтез данных психологии, физиологии, анатомии и педагогики не был осуществлен в рамках педологии.
Претендуя на роль единственной «марксистской науки о детях», педология механистически понимала влияние двух факторов (среды и наследственности), определяющих процесс развития психики, сводила качественные особенности развивающегося человека к биологической характеристике, увлекалась применением тестов, рассматривая их как средство измерения умственной одаренности и метод отбора умственно отсталых детей.
В этой связи в начале 1930-х гг. началась принципиальная критика многих положений педологии, завершившаяся постановлением ЦК ВКП(б) от 4 июля 1936 г. «О педологических извращениях в системе наркомпросов».
Развернувшаяся в этот период резкая критика педологии сопровождалась отрицанием всего положительного, что было сделано учеными, так или иначе связанными с педологией, в области психологии и психологической диагностики.
Постановлением был наложен запрет на применение тестов в школе. По сути дела этим были прекращены все психодиагностические исследования. Понадобилось около 40 лет, чтобы это направление исследований было полностью восстановлено в своих правах. Лишь в конце 1960-х гг. вновь начинают появляться работы по психологической диагностике.
Подводя итог рассмотрению отечественных работ в области психодиагностики, следует отметить, что, несмотря на большое количество вторичных исследований, копирующих западные, в истории имелись и интересные самостоятельные работы, пытающиеся решить научно-методологические проблемы диагностики.
Германия. 1879 г. - год основания первой в мире и первой в Германии психологической лаборатории, год официального признания психологии в качестве самостоятельной и экспериментальной области знаний. Реформатором немецкой психологии был В.Вундт, который, как верно отмечал К.А,Рамуль, благодаря своему организаторскому таланту ускорил и завершил начатый естествоиспытателями процесс превращения психологии в экспериментальную науку.
Появление и провозглашение новой экспериментальной науки вызвало глубокий резонанс в научном мире.
Лейпциг, где была создана В.Вундтом первая психологическая лаборатория, начинает приковывать к себе внимание большого ряда как немецких, так и зарубежных ученых. Для знакомства и на учебу в лабораторию В.Вундта стали прибывать энтузиасты нового направлении в психологии из Америки, Англии, Франции и других стран.
Тем временем учебная и научно-исследовательская деятельность лейпцигской лаборатории быстро ширилась и развивалась. С ростом числа сотрудников все более раздвигался круг экспериментальных исследований, для публикации которых возникла необходимость в специальном журнале. По инициативе В.Вундта с 1883 г. такой научный Журнал начинает выпускаться под названием «Философская школа». С 1903 г. название журнала сменилось на «Психологическую школу». Значительный размах исследовательской работы вызвало в 1889 г. преобразование лаборатории В.Вундта в Институт психологии.
Первое время в лейпцигской лаборатории обходились физическими и физиологическими приборами, однако позднее встал вопрос об изготовлении специальных аппаратов, которые были бы пригодными для решения чисто психологических проблем. С этой целью самим В.Вундтом и его сотрудниками был сконструирован ряд ценных устройств. Производством психологических приборов занималась специально созданная В.Вундтом в 1887 г. фирма «Э. Циммерман».
До начала XX столетия вундтовская лаборатория, ставшая впоследствии институтом, занимала среди других организованных к тому времени лабораторий центральное положение. Она длительное время оставалась образцом, по которому создавались многие психологические лаборатории как внутри Германии, так и за ее пределами. Так, в самой Германии к 1832г. новые лаборатории появляются в Гёттингене (Г.Мюллер), Берлине (Г. Эббингауз), Фрейбурге (Г. Мюнстерберг), Бонне (Г. Липпс).
Хотя Германия и оказалась первой в открытии экспериментального направления в психологии, она не была единственной страной, с которой были связаны судьбы мировой экспериментальной психологии. Почти одновременно психологические лаборатории открываются также в России, Америке, Франции и Англии.
Россия. Как уже отмечалось, идейным вдохновителем русской экспериментальной психологии является И.М.Сеченов. Его идеи были восприняты передовыми врачами-невропатологами и психиатрами. Именно их усилиями осуществлялась практическая перестройка психологии на физиологическую основу.
Первая психологическая лаборатория в России открывается в 1886 г. В.М.Бехтеревым при клинике душевных и нервных болезней в Казани. В ней проводится цикл экспериментально-психологических работ, собирается и создается заново множество приборов и устройств. В Казани в 1893 г. В.М.Бехтерев основывает научный журнал «Неврологический вестник», в котором наряду с анатомо-физиологическими исследованиями публиковались и психофизиологические экспериментальные работы.
С переездом в Петербург В.М.Бехтерев в 1894 г. создает вторую психологическую лаборатория при Военно-медицинской Академии, в которой выполнено большое количество экспериментальных исследований различных видов чувствительности (кожной, болевой, зрительной, слуховой, кинестетической, вибрационной). Для этих исследований были сконструированы ценные приборы: трихоэстезиометр, болемер, бароэстезиометр, миоэстезиометр, акузометр, сейсмометр и др. Материалы публиковались в специальном журнале «Обозрение психиатрии, неврологии и экспериментальной психологии», основанном В.М.Бехтеревым в 1896 г. Позднее В.М.Бехтерев стал инициатором создания Психоневрологического института (1907), а также Института по изучению мозга и психической деятельности (1918) в Петербурге. С научной и организаторской деятельностью В.М.Бехтерева и его сотрудников связаны наиболее крупные достижения экспериментальной патопсихологии в России конца XIX - начала XX вв.
В 80-е гг. XIX столетия экспериментально-психологические лаборатории создаются в Харькове и Юрьеве. Основателем харьковской лаборатории был виднейший русский психиатр П.И.Ковалевский. Им же был основан первый в России психиатрический журнал «Архив психиатрии, нейрологии и судебной психопатологии» (1883), в котором печатались материалы экспериментальных исследований по психологии, проводимых в его лаборатории.
В Москве в 1895 г. лаборатория создается известным русским психиатром С.С.Корсаковым. Руководство этой лабораторией было поручено ближайшему его сотруднику А.А. Токарскому. В московской лаборатории была выполнена большая серия работ но изучению ощущений, восприятий, памяти, времени реакций. Результаты исследований освещались в специальном вестнике «Записки лаборатории». Крупнейшим событием для Москвы и русской психологии в целом явилось учреждение в 1912 г. Института психологии, первым руководителем которого стал Г.И. Челпанов.
Под руководством И.А.Сикорского психологическая лаборатория организуется в Киеве, где проводятся исследования умственной работоспособности и утомления, результаты которых публикуются в журнале «Вопросы невро-психической медицины», созданном И.А. Сикорским в 1895г.
Еще одна психологическая лаборатория была открыта в 1892 г. в Одессе при филологическом факультете Новороссийского университета философом и психологом Н.Н. Лангс, который изучал восприятие и внимание. В 1901 г. общее число психологических лабораторий увеличивается до восьми благодаря открытию А.П.Нечаевым лаборатории по изучению проблем развития ребенка, его обучения и воспитания. Важным событием в истории русской экспериментальной психологии явилось создание в 1891 г. Русского общества экспериментальной психологии.
США. Возникновение и становление экспериментальной психологии в США было связано с импортом идей, опыта и ученых из стран Европы. В начале американская экспериментальная психология развивалась в рамках двух направлений. Одно из них было представлено содержательной психологией, которая импортировалась в Америку Э. Титченером, другое - функциональной психологией, вдохновителями которой явились В. Джемс, Д. Дьюи, Д. Энжелл и др. Если школа З.Титченера целиком воспроизводила черты вундтовскои интроспективной психологии, то функциональная психология представляла собой соединение идей Г.Спенсера, и Ч.Дарвина с телеологической концепцией активности сознания, идущей от Г.Лейбница и Х.Вольфа. Таким образом, ведущие теоретические принципы американской экспериментальной психологии содержали в себе идеи европейской философии и психологии.
Опыт преобразования психологии в экспериментальную науку, организации лабораторий и научно-исследовательской работы в них также был заимствован Америкой из Европы и, в частности, из Германии. С целью перенять опыт работы лейпцигской лаборатории в Германию специально выезжали на длительный срок основатели американской экспериментальной психологии Ст.Холл, Д. Кеттел, Д. Энжелл, Е. Скрипчер.
Наиболее значительный вклад в создание экспериментальной психологии внес Ст.Холл. Им была создана первая на американском континенте психологическая лаборатория. Она была открыта в 1883 г. при университете им. Д. Гопкинса в Балтиморе, куда Ст.Холл прибыл после учебы в Лейпциге. Переехав в 1888 г. в Ворчестер, Ст.Холл организует там вторую психологическую лабораторию при Кларкском университете, руководство которой было поручено Э. Санфорду. С именем Ст. Холла связано открытие нескольких журналов: «Американский журнал психологии» (1877), «Педагогический семинар» (1891), «Журнал прикладной психологии» (1915). Ст.Холл был инициатором, организатором и первым президентом Американской психологической ассоциации, образованной в 1892г.
Англия, Для Англии не была характерна столь высокая организаторская активность в создании экспериментальных лабораторий и ведения интенсивной исследовательской работы, какой отличается Америка, Россия и Германия. Сопротивление реакционных философских и светских кругов, консерватизм университетов были одними из основных причин, сдерживающих оформление экспериментальной психологии в Англии .
Первая психологическая лаборатория в Англии появилась только в 1897 г. в Кембридже. Ее руководителями были Р.Риверс.,ас 1912г. С.Майер. Другая лаборатория была открыта также в 1897 г. при университетском колледже в Лондоне. Основал ее Дж.Салли. Часть оборудования этой лаборатории досталась от фрейбургской лаборатории Г.Мюнстерберга, когда тот переезжал в Америку. К 1900г. других психологических лабораторий в Англии не было. Лишь в 1903 г. образуется третья по счету небольшая лаборатория при Королевском колледже столицы. Создал ее С.Майер. Через три года (1906) В.Смит открывает лабораторию в Эдинбурге. В том же городе в 1912 г. организуется лаборатория экспериментальной педагогики. До 1910г. лаборатории возникают в Манчестере и Глазго. В 20 - 30-е гг. в Англии учреждаются институты: а 1922г.-Национальный институт промышленной психологии в Лондоне (С.Майер), в 1936 г. -Институт экспериментальной психологии в Оксфорде (В.Браун).
Франция. Основание экспериментальной психологии во Франции связано с именами П.Жане, А.Бине и, прежде всего, Т.Рибо. Роль Т.Рибо в становлении экспериментальной психологии во Франции та же, что и И.М.Сеченова в развитии русской экспериментальной психологии или В.Вундта - в Германия. Сам Т.Рибо не был экспериментатором, но он выступил как вдохновитель и организатор французской экспериментальной психологии. Без эксперимента, - считал он, - психологии не обойтись, и там, где его нет, там есть лишь уловки бесплодной мистики.
Следуя своим принципам,Т.Рибо создаете Сорбонне в 1889 г. первую во Франции психологическую лабораторию, возглавить которую он поручил А.Бонн. В 1895 г. этой лабораторией стал руководить А.Бине. Вторая психологическая лаборатория во Франции открывается В.Бурдоном в 1896 г. в Ренне. В 1906 г. организуется третья лаборатория в Монпелье. В 1921 г. в Париже основывается Институт психологии во главе с А.Пьероном.
Основными научными журналами, где печатались материалы по экспериментальной психологии, были «Обозрение философии», основанный Т.Рибо еще в 1876 г., «Психологический ежегодник», издателем которого был А.Бине, и «Журнал нормальной и патологической психологии», выпускаемый с 1904г. П.Жане и Ж Дюма. В 1901 г. создается Французское психологическое общество.
Завершая краткий обзор истории оформления экспериментальной психологии в различных странах, можно сказать, что к началу XX столетия в мире было создано 45-50 экспериментальных лабораторий и кабинетов, выполнено большое количество исследований, основано множество специальных журналов, образованы национальные психологические общества. Крупнейшими событиями в истории психологии стали Международные психологические конгрессы. Первый из них состоялся в Париже в 1889 г. Его почетным председателем был великий русский ученый И.М.Сеченов. В этом значительном факте мы видим высокое признание и достойную оценку научного вклада И.М.Сеченова, а в его лице и всей русской психологии в развитие мировой психологической науки.
первая в мире экспериментальная психологическая лаборатория Где кем и когда открылась
- Немецкий психолог, физиолог, философ В. Вундт, став профессором философии в Лейпциге, создал там первую в мире лабораторию экспериментальной психологии в 1879 году. Затем она была преобразована в институт.
- Бехтерев
- Вернувшись в Россию, Бехтерев создал в 1885 году при медицинском факультете (при клинике душевных болезней) Казанского университета первую в России лабораторию экспериментальной психологии.
Бехтерев Владимир Михайлович (1857 1927) русский невропатолог, психиатр, физиолог, психолог, создатель в 1885 г. первой в России лаборатории экспериментальной психологии при клинике Казанского университета, основатель в 1908 г. Психоневрологического института в СанктПетербурге. Начиная с 10х гг. ХХ в. приступил к построению собственной общепсихологической теории, названной им рефлексологией.
Корсаков Сергей Сергеевич (1854 1900) русский психиатр, один из основателей экспериментальной психологической лаборатории в Москве в 1886 г. Дал клиническое описание нарушения памяти на актуально происходящие события, сопровождающееся пространственной и временной дезориентировкой, которое получило название Корсаковского синдрома
******
Психология наука относительно молодая. Сами психологи ведут отсчет с 1879 года, когда в Лейпциге была организована первая в мире экспериментальная психологическая лаборатория. - Вильгельм Вундт считается "отцом экспериментальной психологии" и "основателем современной психологии" в целом. Он получил образование в Тюбингене и изучал физиологию в Берлине с Иоганнесом Мюллером и Дюбуа Раймондом, прежде чем получил в Гейдельберге докторские степени по философии и медицине. Он стал доцентом по физиологии в Гейдельберге незадолго до того, как Герман фон Гельмгольц получил там должность профессора и возглавил факультет физиологии. Считается, что в течение некоторого времени он был ассистентом в лаборатории у Гельмгольца. В 1874 он перешел в Цюрихский университет, а затем в Лейпциг, на должность профессора физиологии, где и проработал до самой смерти.
Вундт был назначен профессором физиологии в Лейпциге в 1875, и в том же году он основал первую лабораторию, предназначенную для экспериментальных исследований по психологии. В 1882 Лейпцигский университет официально объявил ее Институтом экспериментальной психологии. Эта лаборатория стала центром для всех, кто испытывал серьезный интерес к психологии, сначала в основном для тех, кто изучал философию и психологию в других немецких университетах, но вскоре и для выпускников нескольких американских и английских университетов. Все последующие психологические лаборатории в эти годы создавались по образцу лаборатории Вундта.
По этому поводу существовали некоторые разногласия. Некоторые утверждали, что если лабораторией можно считать помещение, где содержится демонстрационное оборудование, то еще в 1875 у Уильяма Джеймса был в Гарварде маленький кабинет. Да и у самого Вундта в 1865 в Гейдельберге было место для хранения физиологической и психофизической аппаратуры. Г Стэнли Холл утверждал в 1894, что первой значительной психологической лабораторией была та, которую основал он сам в Университете Джонса Хопкинса в 18 81. Разногласия относительно исторической точности, впрочем, не так важны, ибо они скорее отражают наличие потребности и научного потенциала для создания в то время подобных лабораторий.
До этого момента изучение психологии продолжало оставаться достоянием философии и естествознания. У философии были позаимствованы теории интеракционизма, эмпиризма и материализма, гипотезы о природе сознания, о связи души и тела, а также о приобретении знаний. В области естествознания работа Иоганнеса Мюллера возвестила о новом подходе к изучению физиологии человека. Мюллер занимался более непосредственным и точным изучением человеческого тела, используя в изучении физиологии систематизированные экспериментальные процедуры. Именно эти методы вдохновили работу Вундта и написание его наиболее важной книги Grundzuge der physiologischePsychologie. Впервые опубликованная в 1873-4, она заложила основу его дальнейшей работы и впоследствии была переиздана шесть раз. В ней акцентируется роль психологического исследования, основанного на методах физиологической лаборатории. Вундт полагал, что суть общей приспособляемости организма заключается в психофизическом процессе органической реакции, которая опосредуется как физиологически, так и психологически. Он был родоначальником концепции о том, что психические переживания должны соотноситься с объективными известными и поддающимися измерению стимулами и реакциями. Физиологическая психология занималась процессом возбуждения органов чувств в зависимости от воздействия на них тех или иных раздражителей; возбуждение поступало по сенсорным нейроным сетям в низшие и высшие мозговые центры и оттуда передавалось мышцам. Параллельно с этим процессом протекала внутренняя психическая жизнь, известная благодаря интроспекции. Благодаря Вундту интроспекция стала основным средством экспериментальной психологии. Его субъектами или наблюдателями обычно являлись взрослые люди, прошедшие соответствующую подготовку в том виде, как он ее понимал. Наблюдателям предъявлялись контролируемые стимулы, а они сообщали о своих скрытых психических процессах, сопутствовавших их восприятию. Теоретический взгляд на
(2): Возникновение психологии как экспериментальной науки - открытие психологических лабораторий.
В последней четверти 19 в. психиатрия в России стала самостоятельной дисциплиной: кафедры психиатрии с клиниками существовали в большинстве университетов; в это же время земства получили право требовать от правительства создания новых мест для психически больных и открытия новых психиатрических лечебниц. Институционализация психиатрии была достигнута благодаря героическим усилиям первых русских психиатров - И.М. Балинского, И.П. Мержеевского, А.Я. Кожевникова, П.И. Ковалевского, А.У. Фрезе, С.С. Корсакова и других, которым пришлось вести сложные “социальные переговоры”, убеждая власть и общество в необходимости расширения и гуманизации психиатрической помощи, в проведении соответствующих научных исследований.
Новое поколение психиатров могло больше времени уделять научной работе. Исследования в психиатрических больницах приобрели большое распространение. Многие психиатры придавали большое значение сближению психологии и психиатрии. В 1876 г. И.М.Сеченов писал, что приступает к созданию медицинской психологии, которую называл своей «лебединой песней». Он писал о психологии: «Наука эта, очевидно, становится основой психиатрии, все равно как физиология лежит в основе патологии тела». В 1904 г. В.М.Бехтерев пишет о возникновении новой отрасли психологической науки: «Новейшие успехи психиатрии, обязанные в значительной степени клиническому изучению психических расстройств у постели больного, послужили основой особого отдела знаний, известного под названием патологической психологии, которая уже привела к разрешению весьма многих психологических проблем и от которой, без сомнения, еще большего в этом отношении можно ожидать в будущем»
Экспериментально-психологические лаборатории по примеру лейпцигской лаборатории В. Вундта распространились по Европе и Америке (в 1894 г. их насчитывалось уже 32). Волна лабораторного строительства быстро докатилась до России, подготовленная соответствующими публикациями: переводами, обзорами и оригинальными исследованиями в этой области русских авторов.
В.М.Бехтерев (1857 - 1927) являлся основоположником патопсихологического направления в России. Он стажировался в Германии и Франции, был членом редакционного комитета многотомного “Traite international de psychologie pathologique” (“Интернациональный трактат по патологической психологии”) (Париж, 1908 - 1910), для которого им написаны несколько глав. Он практиковал гипноз и был одним из самых активных сторонников его применения в экспериментальных и лечебных целях; речь В.М. Бехтерева “Внушение и его роль в общественной жизни” на годичном собрании Военно-медицинской академии в 1897 г. сыграла важную роль в отмене правительственного запрета на свободное применение гипноза.
Первая психологическая лаборатория в нашей стране была основана им в 1885 г. при психиатрической клинике Казанского университета (открытие клиники и лаборатории при ней было условием, на котором В.М. Бехтерев согласился занять кафедру в провинциальной Казани).
Когда он перевелся в Петербург, лаборатория была устроена в Военно-медицинской академии, для которой уже в 1867 г. “отец русской психиатрии” И.М. Балинский закупил приборы для психофизических и психометрических опытов.
В лаборатории были организованы широкие экспериментально-психологические исследования нарушений психической деятельности. В.М.Бехтерев писал: «...Патологические проявления душевной деятельности представляют собой, в сущности, не что иное, как отклонения и видоизменения нормальных проявлений душевной деятельности, подчиняющейся тем же основным законам, как и последние».
О диапазоне патопсихологических исследований можно судить по докторским диссертациям, выполненным под руководством В.М.Бехтерева:
«Экспериментально-психологические исследования над больными с нарастающим паралитическим слабоумием» Л.С.Павловской (1907);
«Клинические и экспериментально-психологические исследования речевой функции» М.И Аствацатурова (1908);
«Характер ассоциаций у больных с хроническим первичным помешательством» К.Н.Завадовского (1909);
«О процессах сосредоточения (внимания) у слабоумных душевнобольных» A.B.Ильина (1909);
«Экспериментально-психологические исследования в маниакально-меланхолическом психозе» Л.Г.Гутмана (1909);
«Объективно-психологическое исследование творчества и других интеллектуальных функций у душевнобольных» В.ВАбрамова (1911) и др.
В работах школы В.М.Бехтерева получен богатый конкретный материал об особенностях ассоциативной деятельности, мышления, речи, внимания, умственной работоспособности у разных категорий больных сравнительно со здоровыми соответствующего возраста, пола и образования. Психологическая система В.М. Бехтерева по существу порывала с традиционным функционализмом. Вместо изучения отдельных психических функций предлагалось экспериментально исследовать различные виды деятельности, показывающие, как больным производятся оживление впечатлений из разных периодов жизни, знакомой и незнакомой обстановки; оценка зрительных или слуховых впечатлений, определение сходства и различия между объектами и т.п. . Эти работы представляют интерес как исторический факт «деятельностного» подхода к психическим явлениям.
Принятый в школе В.М.Бехтерева принцип качественного анализа нарушений психологической деятельности стал традицией отечественной психологии.
В.М.Бехтеревым, СД.Владычко, В.Я.Анфимовым и другими представителями школы было разработано множество методик экспериментально-психологического исследования душевнобольных, некоторые из которых (методика сравнения понятий, определения понятий) вошли в число наиболее употребляемых в советской патопсихологии. |
Сохранили значение для современной науки сформулированные В.М.Бехтеревым и СД.Владычко требования к методикам:
простота (для решения экспериментальных задач испытуемые не должны обладать особыми знаниями, навыками);
портативность (возможность исследования непосредственно у постели больного, вне лабораторной обстановки);
предварительное испытание методики на большом количестве здоровых людей соответствующего возраста, пола, образования.
Однако, В.М.Бехтерев, как представитель рефлекторной концепции, изгнал интроспекцию из сферы науки, объявив единственно научным методом объективный. Это привело В.М.Бехтерева к абсолютизации внешних проявлений психики, к отказу не только от употребления психологической терминологии, но и от попыток проникновения в субъективный мир, к созданию рефлексологии. И это не могло не отразиться на патопсихологических исследованиях его учеников и сотрудников: рефлексологический принцип лишал исследования собственно психологического анализа объективных проявлений психики. Поэтому больший интерес представляют протокольные записи работ школы В.М.Бехтерева, чем сам их анализ: объективное исследование требовало по возможности охватывать «всю совокупность фактов внешнего проявления невропсихики и сопутствующих условий...». Кроме того, большинство патопсихологических исследований было осуществлено в дорефлектологический период творчества.
Уход от собственно психологического анализа фактически противоречил выдвинутому В.М.Бехтеревым принципу личностного подхода: «...Личность больного и ее отношение к эксперименту ничуть не оставляется экспериментатором без внимания... Все, что может дать объективное наблюдение за больным, начиная с мимики и кончая заявлениями и поведением больного, должно быть принято во внимание... оцениваемо в связи со всеми условиями эксперимента, не исключая и непосредственно предшествующих опыту». Это противоречие приводило к тому, что вопреки принципам рефлексологии в конкретные исследования представителей школы В.М.Бехтерева пробивался психологический анализ. Примером может служить вышедшая в 1907 г. работа М.И.Аствацатурова «О проявлении негативизма в речи». Речь больного в этом исследовании анализируется в системе целостного поведения, сопоставляются особенности речи в экспериментальной беседе с речью больного в иных обстоятельствах, подчеркивается, что сходные речевые реакции могут иметь различную природу.
Видную роль в отечественной экспериментальной психологии сыграл ученик В.М.Бехтерева А.Ф.Лазурский , заведующий психологической лабораторией в основанном В.М.Бехтеревым Психоневрологическом институте, организатор собственной психологической школы. Разрабатывая главным образом вопросы индивидуальной и педагогической психологии, Лазурский придавал большое значение патопсихологии: «...Данные, добытые патологией души, заставили пересмотреть, а во многих случаях и подвергнуть основательной переработке многие важные отделы нормальной психологии»; патология дает «возможность рассматривать душевные свойства человека как бы сквозь увеличительное стекло, делающее для нас ясным такие подробности, о существовании которых у нормальных субъектов можно только догадываться».
Лазурский был новатором в экспериментально-методической области: он раздвинул границы эксперимента в психологии, применяя его в обычных условиях повседневной жизни, и сделал предметом экспериментального исследования конкретные формы деятельности и сложные проявления личности. Естественный эксперимент, разработанный Лазурским, вначале для педагогической психологии, был внедрен в клинику. Конечно, осуществление такого эксперимента в условиях клиники было намного сложнее, чем в школе, где в ходе обычной учебной деятельности можно определенным образом строить программу урока, давать экспериментальные задания. В клинике «естественный эксперимент» применялся в ходе организации досуга больных, их занятий и развлечений -- со специальной целью давались счетные задачи, ребусы, загадки, задания по восполнению пропущенных букв и слогов в тексте и др.
С.С. Корсаков (1854 - 1900), один из основоположников московской школы психиатрии, учился по “Лекциям по вторникам” Ж.-М. Шарко, которые использовались в качестве учебного пособия уже в начале 1870-х гг. С.С.Корсаков придерживался того мнения, что знание основ психологической науки дает возможность правильного понимания распада психической деятельности душевнобольного человека. Он начинал чтение курса психиатрии с изложения основ психологии.
Корсаков сам занимался патопсихологическими исследованиями: в 1889 г. С.С.Корсаков представил на конгресс по психиатрии в Париже работу по полиневритическому психозу, где не только описал симптомы выделенной им болезни, в числе которых - потеря памяти на недавние события, но и предложил гипотезу о механизме памяти (эта публикация на французском языке получила название “Медико-психологическое изучение одного вида памяти”).
Еще одна известная психологическая работа С.С. Корсакова посвящена психике микроцефалов, характерной чертой которой он считает преобладание ассоциаций по смежности (т.е. механических, более примитивных) над ассоциациями по сходству и “по смыслу”. На этом С.С. Корсаков основывает свою идею “высшей направляющей функции разума”, которая отвечает за сочетания идей и страдает первой при психическом заболевании.
Психиатрическая клиника Московского университета, которой он руководил, была вторым центром, в котором развивалась клиническая психология. С 1889 г. С.С. Корсаков на свои средства стал приобретать для нее психологические приборы. В этой клинике была организована с 1895 г. вторая в России психологическая лаборатория , первым директором которой стал А.А.Токарский (1859 - 1901). Побывав на стажировке в Лейпциге и Париже, он впоследствии делил свое время между гипнотическими и лабораторными экспериментами, в университете он вел курсы “физиологической психологии с упражнениями по психометрии” и “гипнотизма с его приложением к медицине”. А.А. Токарский постоянно вкладывал свои средства в лабораторию; на его же сбережения издавались ее “Записки” (всего вышло пять выпусков). Эту лабораторию, скорее всего, имел в виду Г.И. Челпанов, когда писал: “У нас при Московском университете имеется "психологический институт", устроенный (на частные средства) по западноевропейскому образцу”.
Статья Токарского «О глупости» содержит интересный анализ структуры слабоумия, подводит к мысли о том, что нарушения интеллектуальной деятельности больных не сводится к распаду отдельных способностей, а что речь идет о сложных формах нарушений всей целенаправленной мыслительной деятельности.
Преемником рано умершего А.А. Токарского по лаборатории стал А.Н. Бернштейн (1870 - 1922), ординатор, а затем ассистент Московской психиатрической клиники. Здесь он начал работы по психологической диагностике душевных болезней, которые продолжил, став директором Центрального полицейского приемного покоя для душевнобольных в Москве (1902). А.Н. Бернштейн был приверженцем нозологического направления, популярного благодаря работам Э. Крепелина. Нозологическая классификация душевных болезней - по их этиологии, течению и исходу, а не по сопровождающим их симптомам, - сменила прежнюю симптоматологию. По замыслу Э. Крепелина, у каждой “нозологической единицы” должна быть своя психологическая картина; психиатрам поэтому следовало найти “чисто формальные нарушения душевной деятельности”, психологические “формулы для точной клинической диагностики”.
В 1910 г. А.Н. Бернштейн и его единомышленники Г.И. Россолимо, Ц. Балталон и Т.Ф. Богданов организовали в Москве Общество экспериментальной психологии (еще одно!), целью которого считали приложение лабораторно-психологических исследований к клинике, “объективно-психологическое исследование душевнобольных”, построение “экспериментальной симптоматологии душевных болезней”. Ими были созданы первые тесты на русском языке: “экспериментально-психологические схемы” (А.Н. Бернштейн), или “психологические профили” (Г.И. Россолимо), в которых диагностировались восприятие и узнавание реальных предметов, их цветных и схематических изображений, осмысление (понимание картинок-сцен, пересказ историй), обобщение (классификация однородных изображений), комбинаторная способность (арифметические действия, складывание разрезанных картинок), соображение (заполнение пропущенных слов и фраз) и память (в которой А.Н. Бернштейн выделил особый параметр восприимчивости и создал специальную методику ее диагностики). В “профилях” Г.И. Россолимо число параметров увеличивалось до 11.
Преемник А.Н. Бернштейна в психологической лаборатории Московской психиатрической клиники, Ф.Е. Рыбаков , выпустил один из первых в России сборников психологических методик, куда вошли тесты и методические приемы Ф. Гальтона, Г. Мюнстерберга, А. Бурдона, Г. Эббингауза, А. Бине и В. Анри, Э. Крепелина, А.П. Нечаева, А.Н. Бернштейна и других (“Атлас для экспериментально-психологического исследования личности с подробным описанием и объяснением таблиц, составленных применительно к цели педагогического и врачебно-диагностического исследования”. М., 1910).
Однако “экспериментально-диагностические схемы” крепелинистов встретили критику в среде самих психиатров: на Х съезде Общества русских врачей доклад А.Н. Бернштейна “Об экспериментально-психологической методике распознавания душевных болезней” вызвал острую дискуссию. Возражения делились на две группы: одни психиатры критиковали нозологическое направление в целом, которое, по их мнению, “еще ничем не доказало своих преимуществ и не установило ни одной новой формы душевных заболеваний”. Другие сомневались в методологической обоснованности самой психологической диагностики душевных болезней, подозревая, что, будучи обследованной с помощью этих методов, “вся масса населения оказалась бы страдающей душевными болезнями”. Ссылаясь на мнение психологов (Г.И. Челпанов), считавших, что “в настоящее время в научной экспериментальной психологии нет таких приемов, при помощи которых можно было бы устанавливать диагнозы”, сторонники этой точки зрения (В.П. Сербский, Н.Е. Осипов и другие) критиковали саму идею давать “диагноз личности” на основе методологически сомнительных критериев.
Разногласия между психиатрами повлияли на то, что вес психологических исследований на медицинских факультетах был снижен. Выиграли от этого философские кафедры.
Психологические лаборатории на философских факультетах русских университетов были открыты позднее: в 1892 г. была открыта лаборатория Н.Н. Ланге в Новороссийском университете. В Университете Св. Владимира в Киеве под руководством Г.И. Челпанова начинает действовать психологический семинарий, при котором организуются лабораторные занятия для студентов. В 1907 г., когда Г.И. Челпанова приглашают профессорствовать в Московский университет, семинарий и кабинет переводятся туда; в 1914 г. на их базе создается Психологический институт, один из лучших по устройству и оснащению в мире.
В.Ф. Чиж (1855 - 1924), стажировался у Ж.-М. Шарко, а также в лабораториях В. Вундта и Л. Флексига. Унаследовав после Э. Крепелина кафедру психиатрии в Дерптском университете, В.Ф. Чиж, наряду с традиционными клиническими исследованиями, начал проводить психологические эксперименты. Его исследования отличались широким спектром: от неврологии (работы о раннем распознавании сифилиса нервной системы, артериосклерозе и неврастении) до “патографических очерков” о писательском творчестве и литературных описаниях душевных болезней (“психологические портреты” А.С. Пушкина, Ф.М. Достоевского, И.С. Тургенева). “Опыты на себе” были характерной чертой науки прошлого века; В.Ф. Чиж с экспериментальными целями принимал закись азота и нашел, что при наркотическом опьянении первым страдает аффективная сфера, а именно нравственное чувство, к тем же выводам пришел петербургский психиатр С.Д. Данилло , который вместе с физиологом Ш. Рише испытывал на себе и других добровольцах действие гашиша на психику.
Итак, связи психологии с медициной в нашей стране стали оформляться около 100 лет назад. Первые в России психологические лаборатории были устроены в психиатрических клиниках. Там проводились как клинические, так и для лабораторные (в вундтовском смысле слова) исследования. Курс экспериментальной психологии впервые стал читаться также преподавателями кафедр нервных и душевных болезней. В клинике начали развиваться и первые диагностические исследования, созданы первые тесты на русском языке. Многие психиатры, например С.С.Корсаков, В.М.Бехтерев, А.И.Сербский, Г.И.Россолимо, А.Н.Бернштейн, В.А.Гиляровский, были членами психологических научных обществ, редакторами психологических журналов и т.п. В дальнейшем, именно на психоневрологических съездах, прозвучали первые доклады советских психологов, выступавших за построение марксистской психологии. На I психоневрологическом съезде в Москве выступил со своим докладом «Современная психология и марксизм» Л.С.Выготский.
Становление экспериментальной психологии в Московском университете связано с деятельностью созданного при историко-филологическом факультете в 1885 г. Психологического общества. Оно явилось исторически первой организационной формой, в рамках которой происходило развитие психологии в Московском университете. В марте 1888 г. на заседании Общества выступил Г.И. Челпанов с докладом, посвященным пропаганде экспериментальной психологии (Челпанов, 1999). Он показал, что в России уже в конце 80-х годов среди психологов осознавалась научная важность экспериментального метода. Остановившись на исследованиях Вундтовской лаборатории, он указал на тот факт, что подобные лаборатории устраиваются или проектируются в университетах других стран и выразил надежду на то, что «успехи психометрии и русских психологов приведут к убеждению, что их «чистая лаборатория мозга» – это корабль без руля и компаса посреди безбрежного океана мысли… и в скромном сознании своего бессилия обратятся к натуралистам, попросят ввести их в тайники лабораторий, и только тогда соединенными усилиями они будут в состоянии создать что-нибудь такое, что можно будет в виде лепты положить на алтарь общечеловеческой науки» (Челпанов, 1999, с. 285). В 1890-х годах в Московском университете были сделаны важные шаги в разработке экспериментального метода в психологических исследованиях. В 1894 г. здесь состоялась защита докторской диссертации Н. Н. Ланге – основателя одной из первых лабораторий экспериментальной психологии в России (1896, Одесса). В качестве диссертации он представил книгу, в которой изложил результаты своих экспериментальных исследований восприятия и внимания (Ланге, 1893). На защите он выступил с докладом на тему «О значении эксперимента в современной психологии».
Основная мысль его выступления заключалась в том, что «к изучению психологических проблем необходимо приложить тот точный эксперимент, кото рый дал столь блестящие результаты в области естествознания, и что, сделав это, применяя к психологии эксперимент, мы можем возвести ее к такому совершенству, обратить ее в столь положительную науку, какой она еще никогда не была» (Отчет…, 2009, с. 475). Требованием времени назвал он необходимость учреждения кабинетов для экспериментальной психологии, указал на опыт университетов в ряде стран Европы и в Америке, показал важность результатов их деятельности, которых они достигли в области научных исследований и в повышении качества университетского преподавания психологии, и поставил вопрос о необходимости учреждения таких кабинетов при русских университетах. Защита превратилась в диспут о значении эксперимента. Один из официальных оппонентов врач-психиатр С. С. Корсаков высоко оценил исследование Н. Н. Ланге, выразил «полное сочувствие по поводу метода, которого… давно ждала психология» (Отчет…, 2009, с. 499). С. С. Корсаков также напомнил о том, что в России действует психофизиологическая лаборатория В. М. Бехтерева в Казани и в некоторых других университетах, сказал, что «есть приспособления для проведения психометрических исследований и в Москве» (Отчет…, 2009, с. 501): имелись в виду его собственные демонстрационные психологические опыты в процессе чтения курса по психиатрии. После диспута к вопросу о значении экспериментального метода обратился Н. Я. Грот, в те годы – председатель Московского психологического общества. 18 ноября 1895 г. на заседании Общества он выступил с докладом «Основания экспериментальной психологии» (Грот, 2009), опубликованным в этом же году в органе Психологического общества – журнале «Вопросы философии и психологии». Введение эксперимента для разрешения существенных психологических проблем Н. Я. Грот назвал «переворотом в судьбах психологии» (Грот, 2009, с. 104) и сформулировал положение о необходимости собственно психологического эксперимента, в отличие от психофизического и психофизнологического, каким он был у В. Вундта. Остановившись на вопросе о видах и особенностях собственно психологических экспериментов, Н. Я. Грот описал эксперименты в области ассоциаций представлений, произведенные им в 1884 г. в Новороссийском университете (Грот, 2009, с. 129–130).
Одной из первых в России была создана психологическая лаборатория при Психиатрической клинике медицинского факультета Московского университета и в 1895 г., вошедшая в структуру этого факультета в качестве самостоятельного структурного подразделения. Предпосылки лаборатории восходят к 1887 г., когда была открыта Психиатрическая клиника. Ее первый директор психиатр А.Я. Кожевников приобрел психометрические приборы, сконструированные в Психологическом институте В. Вундта в Лейпциге. Преемник А. Я. Кожевникова на посту директора клиники С.С. Корсаков (1888–1900) пополнил коллекцию. Он использовал ее для демонстрации несложных психологических опытов в кратком психологическом разделе, который ввел в читаемый им на медицинском факультете курс по психиатрии. Практически состояние дел с психологическим оборудованием оставалось в том же положении до тех пор, пока в 1894 г. врач-психиатр А. А. Токарский, приват-доцент медицинского факультета, ученик С.С. Корсакова, страстный поборник экспериментального метода в науке, не начал читать курс экспериментальной психологии. А. А. Токарскому и принадлежит заслуга создания психологической лаборатории, руководителем которой он был назначен по представлению С. С. Корсакова. С. С. Корсаков передал в лабораторию собранные им инструменты. Под лабораторию были выделены специальное помещение, средства на библиотеку. Здесь были установлены приборы и сосредоточены все занятия со студентами по психологии. Новые инструменты приобретались в основном на частные средства руководителей – С. С. Корсакова, А. А. Токарского, позже – Ф. Е. Рыбакова, а также за счет случайных поступлений. Своеобразной формой открытия лаборатории считается выступление А. А. Токарского на заседании Московского психологического общества в 1895 г., активным членом которого он был с 1886 г.
По замыслу А.А. Токарского, лаборатория создавалась с учебными целями и предназначалась для ознакомления студентов с методами психологического эксперимента и проведения самостоятельных психологических опытов. Ее создание должно было способствовать совершенствованию университетского преподавания психологии, преобразованию его из чисто словесной передачи психологических знаний в форме лекций и семинаров – в процесс опытного исследования психических функций как средство их изучения в целях практической подготовки врачей-психиатров. На базе лаборатории А. А. Токарский проводил практические занятия по читаемому им курсу экспериментально психологии. Студенты должны были воспроизводить опыты, описанные в иностранной литературе (по указанным конкретным источникам), а также проводить новые эксперименты. Результаты обсуждались в лаборатории, подвергались анализу. Была выполнена серия работ по изучению ощущений, восприятия, памяти, времени реакции. Занятия в лаборатории вызывали у студентов большой интерес и побудили А.А. Токарского к созданию учебного пособия. В 1896 г. начали выходить «Записки психологической лаборатории», издававшиеся А. А. Токарским в виде отдельного приложения к журналу «Вопросы философии и психологии» и в том же году опубликованные также отдельным изданием (Токарский, 1896). «Записки» представляли собой летопись лабораторных работ и содержали следующие материалы: описания приборов и способов их использования (с добавлением списка справочной литературы – книг по физике, электротехнике и т. п.); изложение опытов, выполненных в лаборатории (в основном, студентами); информация о новых книгах, поступивших в библиотеку. Большое место отводилось теоретическим вопросам психологии, материалам о строении и функциях нервной системы (с элементами сведений о ее эволюции).
А.А. Токарский неоднократно и с неизменным успехом выступал на заседаниях Московского психологического общества, Общества невропатологов и психиатров с докладами об экспериментальных занятиях, проводимых в лаборатории, доказывая, что введение экспериментального метода является средством вывести психологию на путь подлинно научного изучения психических явлений, позволит ей освободиться от бесплодных и произвольных гипотез, преодолеть метафизику и спиритуализм спекулятивной психологии. В основание истинно научного знания должны быть положены фактически обоснованные данные, полученные методом наблюдения и доказанные экспериментально.
После смерти А. А. Токарского (1901) психологической лабораторией стал руководить его помощник А.Н. Бернштейн (1901–1907) – также бывший ученик С. С. Корсакова, отец Н. А. Бернштейна. А. Н. Бернштейн читал в университете лекции и вел практические занятия по экспериментальной психологии для студентов медицинского факультета. В целях клинической диагностики нарушений психической деятельности разработал методику экспериментально-психологического обследования душевно больных. Созданный им способ исследования запоминания при помощи таблиц с геометрическими фигурами получил признание среди психологов, психиатров и педагогов (Бернштейн, 1908). Практическое использование этих методов он изложил в своих «Клинических лекциях о душевных болезнях» (1912). А.Н. Бернштейн неоднократно докладывал о разработанных им методах на Всероссийских съездах по педагогической психологии (1906, 1909) и экспериментальной педагогике (1910, 1913, 1916), организатором и активным участником которых он был. Деятельность А. Н. Бернштейна по защите и распространению экспериментальных методов выходила за рамки Московского университета. Так, им была создана психологическая лаборатория при Педологических курсах при Московском педагогическом собрании. Лаборатория публиковала «Труды психологической лаборатории при Московском педагогическом собрании» (1909, 1911).
После А. Н. Бернштейна в период 1907–1917 гг. психологической лабораторией в Московском университете руководил Ф. Е. Рыбаков – выпускник медицинского факультета. Он читал лекции по экспериментальной психологии с практическими занятиями в психологической лаборатории. Он разработал программу занятий по экспериментальной психологии в психологической лаборатории Психиатрической клиники (Рыбаков, 1916). Программа включала изучение осязательных, вкусовых, обонятельных, зрительных, слуховых ощущений, внимания, наблюдательности, памяти, внушаемости, суждений, воображения, сферы чувств, желаний, склонностей, движений, работоспособности. По собственной оценке Ф.Е. Рыбакова, руководимая им психологическая лаборатория, хотя, конечно, и уступает таким лабораториям, как вундтовская или К. Штумпфа, но вполне может удовлетворить запросы в психологии, основанной на точных данных. Составленный им «Атлас для экспериментально-психологических исследований» упоминает Б. В. Зейгарник как книгу, «вызвавшую большой интерес» (Зейгарник,2000, с. 39). В 1917 г., после Февральской революции, Ф. Е. Рыбаков был уволен из университета.
Заведующим лабораторией с 1917 г. стал невропатолог и психиатр, активный сторонник экспериментального направления в отечественной психологии Г. И. Россолимо. Она вошла в руководимый им Неврологический институт им. А.Я. Кожевникова. Г.И. Россолимо продолжал усовершенствовать свою методику психологических профилей (1910), вносил в нее поправки. При лаборатории был открыт амбулаторный прием для соматических и психологических исследований дефективных детей.
После открытия при Московском университете созданного Г. И. Челпановым Психологического института (1912), преемственно связанного с психологической семинарией, созданной им же в 1907 г., сюда переместился центр экспериментальных исследований в Московском университете. Созданный Г. И. Челпановым курс экспериментальной психологии, опубликованный в 1909 г. в литографированном издании и в виде книги под названием «Введение в экспериментальную психологию» (1915), был, по оценке А.Н. Леонтьева, ученика Г.И. Челпанова, «первым и единственным пособием по психологическому практикуму на русском языке, лучшим среди аналогичных зарубежных изданий. С чисто дидактической стороны оно и до сих пор может считаться образцовым» (Леонтьев, 1967, с. 512). Институт издавал «Труды Психологического института» (Труды…, 1914). Здесь публиковались работы сотрудников Института по экспериментальному изучению реакций (К.Н. Корнилов), памяти (Н. А. Рыбников), типов представлений (В. М. Экземплярский) и др. В 1917 г. Психологический институт начал издавать специальный психологический журнал «Психологическое обозрение» (редакторы Г. И. Челпанов и Г. Г. Шпет). Вышли два тома (каждый состоял из двух книг). В 1918 г. издание прекратилось. Значительное место в журнале занимали статьи по экспериментальной психологии.
Глубокий анализ деятельности Психологического института и проводимых в нем экспериментальных исследований дала П. О. Эфрусси (Эфрусси, 1923), отметив, что здесь «теоретические экспериментальные исследования впервые поднялись на ступень, соответствующую уровню ее развития в других культурных странах (Эфрусси, 1923, с. 7). Она назвала «блестящими результаты работы Г. И. Челпанова и Психологического института при Московском университете» (Эфрусси, 1923, с. 15).
Так, в XX в. Московский университет превратился в крупный центр экспериментальной психологии в России.
