Жизнь людей после революции 1917. Трубецкие

Когда-то революция в корне изменила ход российской истории и во многом повлияла на историю мировую, ознаменовав начало новой эпохи. На протяжении ста лет противники и сторонники революции спорят о том, как бы сложилась судьба нашей страны, если бы не знаменательные события февраля 1917 года. Однако революция — это явление не всегда политическое: иногда мы сталкиваемся с кардинальными переменами, сломами устоев и в повседневной жизни. Как переживают глобальные «встряски» и как относятся к революциям в истории и жизни наши респонденты — участники XIV Всероссийского чемпионата по деловым играм для школьников и студентов, разбирался «Понедельник».

Текст: Дина Охтина, Анастасия Тучкова

1. Как вы относитесь к революции как явлению? Считаете ли, что революции — неотъемлемая часть и двигатель истории?
2. Любите ли вы кардинальные изменения в чем бы то ни было? Считаете ли себя в душе революционером? Смогли бы встать во главе общественного движения, например?
3. Можете ли отметить особенно значимые, революционные события в своей жизни? Считаете ли, что именно такие события формируют наш характер и помогают расти как личности?
4. Как вы считаете — будущее за революциями? Или в наше время они становятся менее актуальными?

Михаил Симанин,
29 лет, преподаватель английского языка:

— К революциям я отношусь не так хорошо, как к реформам. Это слишком категоричный метод менять что-либо. Я думаю, что возможны постепенные преобразования, если делать все продуманно и не пороть горячку.

К кардинальным изменениям я отношусь с опаской и недоверием, мой опыт показывает, что они чаще несут отрицательные последствия. Сам я скорее реформатор. Движение возглавить мог бы, но тут еще важно, какое оно.

В моей жизни не было революционных изменений, но эти изменения были все же чаще стихийными, чем задуманными мною. Конечно, такие события меняют человека и помогают расти.

Я думаю, маленькие революции будут происходить всегда, они не утратили своей актуальности. И кому-то в будущем непременно придется возглавить какую-нибудь революцию.

Марина Товмасян,
22 года:

— Я считаю, что революции должны быть, потому что после них что-то меняется в обществе. И это препятствует застою, пусть даже если что-то меняется в плохую сторону. Однако я не считаю, что революции должны быть разрушительными, приводящими к жертвам. Соответственно, я не хочу, чтобы в период моего существования в мире была революция, носящая вооруженный характер. Выходит, что такие революции не являются неотъемлемой частью любого периода в истории. Не считаю себя революционером, но встать во главе движения смогла бы. Изменения не люблю, но причисляю себя к людям с переменчивым мнением. Для меня значимое событие — переезд в Санкт-Петербург и поступление в вуз в этом городе. Будущее за революциями, потому что многие институты общества не без изъянов, все время нужно что-то менять. И иногда — радикально!

Борис Столяров,
14 лет, ученик школы «Взмах»:

— Революция как явление — это действенный способ радикальной смены власти. Легализованные акции, митинги и тому подобное ни к чему не приводят, потому что они все равно проводятся в рамках существующих порядков. В любой период истории только революция может что-то изменить по-настоящему. И в данный момент и в любой другой период.

Вообще, как мне кажется, никто не любит изменений. Особенно если все хорошо: для того, чтобы захотелось что-то менять, должно стать плохо. Лично я не революционер и, наверное, не смог бы возглавить какое-то движение — нет необходимых качеств.

Были ли в моей жизни какие-то революционные события? Наверное, да. Переход в школу «Взмах». Собрался и сделал. И сейчас все хорошо. Такие события сильно меняют и жизнь, и личность. Я изменился. По-моему, за революциями и прошлое, и будущее.

Иван Усачев,
21 год:

— Революция как явление — это естественный процесс в развитии общества, мысли, творчества. Относиться к нему можно по-разному, отрицать глупо. Революция несет кардинальные изменения в любую из сфер — и не всегда положительные. Если говорить о революции политической, общественной, то это колоссальная дестабилизация общества. Революция даже в головах ее создателей не всегда имеет единую цель, так как революции с одной знаковой фигурой — удел XX века. Сейчас революцию несут массмедиа и интернет. Конечно, есть яркие личности, но это не дело одного человека. Революция — это и не хорошо и не плохо, потому что, если она случилась, то в управлении были допущены чудовищные ошибки, а значит, старый уклад жизни оказался нежизнеспособен.

В любой период истории есть, были и будут революции. Вопрос остается только в том, как это назовут в будущем. Свержение власти — революция. Новая технология — революция. Новая администрация — революция. Вариантов названия этого процесса множество, но суть от этого вряд ли сильно поменяется.

Инертность присуща любому человеку в той или иной степени. Вопрос опять же в идее. Думаю, не стоит делать мелкие изменения и тратить свою жизнь впустую на них. Если и делать изменения, то они должны быть колоссальными — условно говоря, делить твою жизнь на «до» и «после». Крайние меры, радикальные изменения — как вам угодно. «На улицах перестали выбрасывать мусор по всей стране» или «стали соблюдать ПДД», «начали работать законы» (изменилось сознание всех людей этой страны) — хорошее изменение. А половинчатые меры уровня «вот ты не сори, и все не будут», «ты не нарушай, и все не будут» в итоге кроме твоих личных изменений не приведут ни к чему — это плохие изменения.

Революционером я себя не считаю. Общественные движения — бесполезная трата времени. Если желаете что-то изменить, вам в любом случае нужна будет власть или как минимум сотрудничество с нею. С властью появится сила что-либо изменить.

Для меня значимые события — это то, что произошло впервые. Плюс добавил бы сюда фактор успешности в любом первом деле. За каким способом изменений будущее, зависит от сферы революции. Для человека революцией может стать ребенок, для государства — новый строй, для искусства — новое направление, все зависит от ситуации. Но в будущем, безусловно, будет все больше не революционеров, а новаторов. И пока, судя по всему, эти люди будут только на Западе.

Юлия:

— Революция может отразиться как на стране, так и на личности и хорошо, и плохо. С одной стороны, это несет какие-то нововведения, с другой, это может привести к разрушению и даже к гибели. У меня двоякое чувство, но революция — неотъемлемый процесс, без нее не было бы той истории, которая сейчас у нас есть.

Мое отношение к изменениям зависит от самих изменений — позитивные они или негативные. Но я считаю, даже если кажется, что что-то происходит случайно, это неслучайно. В душе я революционер. Я хочу изменить мир. Конечно, я не могу сказать, что на данный момент жизни смогла бы стать лидером какого-нибудь движения, но я бы хотела это сделать. Конечно, есть некий страх переоценить свои силы. Лидером быть сложно. Это большая ответственность.

В моей жизни были важные события, но их сложно назвать революционными. Например, я занимаюсь конным спортом и недавно открыла для себя новые направления. Для меня это было неким переосмыслением конного мира, а он для меня много значит. Я считаю, революционные события в нашей жизни формируют характер и личность. Думаю, революции не стали менее актуальны, но я бы не сказала, что будущее за революцией. Историю можно менять и плавными реформами.

Руслан Беккузин,
студент:

— Я скорее сторонник постепенных реформ. Да, революция — это неотъемлемая часть исторического процесса. Без нее движение в истории происходит, но не так динамично. Кардинальные изменения... Сложный вопрос. Я ко всему отношусь неоднозначно. Субъективно мне не нравится, когда, например, меня выселяют из дома. Но объективно понимаю, что это учит самостоятельности. Сам я не революционер. Революция предполагает, что ты должен уметь подавлять других. Что значит возглавлять движение? Подавать пример, быть выше других и нести ответственность за людей, которых ты ведешь. Это сложно. Значительные изменения часто происходят в моей жизни. Например, я ушел из университета через полгода учебы, работал на неожиданных для себя должностях и недавно меня выселили из дома. Субъективно мне это не нравится, но с другой стороны, это бесценный опыт. В мире нет ничего однозначного, по-моему. Теоретически можно обойтись без революции, но на практике, я думаю, еще не одна революция случится на нашей Земле.

Айгуль Дресвянина,
20 лет:

— Я негативно отношусь к революции как к явлению. На мой взгляд, это своего рода война, бунт. И ничем хорошим для отдельных людей это не заканчивается. Но революция является частью исторического процесса. Именно благодаря ей и мы когда-то смогли изменить страну и мир.

Я обычно меняю что-то, потому что очень хочется. И иногда очень круто! Но когда это делаю не я, мне некомфортно. Я не могу сказать, что я в душе революционер, но при этом у меня есть привычка улетать в другую страну просто так, не планируя, а еще я могу состричь волосы без каких бы то ни было предпосылок. И да, наверное, я смогла бы возглавить бунт или общественное движение, если меня что-то заденет до глубины души.

На мой взгляд, если говорить о стране в целом, то мы живем в мире и в то время, когда мало войн. Я считаю, что не стоит прибегать к революциям, потому что есть способы гуманнее. Зачем подвергать людей такой муке? Хотя чтобы кардинально что-то изменить, наверное, иногда и революцию можно считать оправданной.

Шамима Нурмамадова,
23 года:

— Я отношусь к революциям как к определенному периоду в любом развивающемся обществе. Мне кажется, что революция создает историю, поэтому является неотъемлемой ее частью. Относительно изменений могу сказать, что люблю их, если они действительно необходимы. Но при этом никакое движение я бы не смогла возглавить, потому что не такая смелая, какой следует быть для этого. Революция означает поворот, переворот, превращение, обращение. Мой приезд в Санкт-Петербург и обучение здесь — и есть революционное событие в моей жизни.

На мой взгляд, за революциями будущее или нет, зависит от того, в какое русло направлены действия потенциальных революционеров и ради чего это все происходит. Если во благо страны, мира, то, конечно же, они всегда будут актуальны.

Венера,
55 лет, режиссер театра:

— Революция с одной стороны, — это очень хорошо, потому что она несет в себе сильный энергетический заряд, с другой — может разгромить все на своем пути. Но без нее никуда. Все должно развиваться, и когда происходит так, что энергия накапливается, но возникают препятствия для ее реализации, — происходит революция. Для реформ нужны мудрые правители, но они часто не готовы идти на уступки.

К изменениям я отношусь по-разному, смотря какого они рода. В душе я, наверное, революционер и могла бы возглавить какое-нибудь движение. Мне это свойственно.

В моей жизни было такое, что я могла все сломать и начать делать абсолютно новое. Такие события формируют личность и меняют жизнь. Но хотелось бы, чтобы все шло плавно, хотя иногда революция просто необходима. Я надеюсь, что будущее все-таки за человеческой мудростью, а не за революциями.

Елизавета:

— Любой процесс без резких скачков, таких как революция, не может иметь прогресс. Без упадков и подъемов невозможно развитие государства.

Я не люблю постоянство и неизменность, а кардинальных изменений боюсь. Страх в том, что нужно приспосабливаться к чему-то новому, а это не всегда легко. Я чуть-чуть революционер, но возглавить какое-то движение не смогла бы, потому что это большая ответственность. Я скорее могла бы стоять за чье-то спиной и помогать. Общественное движение может привести к упадку государства и общества, а я к этому не готова.

В моей жизни происходили значимые события, но они связаны с духовным и психологическим развитием. После подросткового возраста происходит некая революция внутри, и ты меняешься. Я согласна, что такие события формируют характер. Если человек не производит никаких изменений внутри себя, то он не сможет дальше развиваться, познавать мир и создавать новое.

Будущее за революцией, однозначно! Сейчас есть определенная иллюзия свободы, которой на самом деле нет. Когда найдется революционер, способный все изменить, начнется новое будущее.

Артем Сороков:

— К сожалению, к революции я отношусь неплохо. Предыдущие революции многое изменили в истории. Они — часть исторического развития, потому что это заставляет общество шевелиться, приводит к изменениям. В душе я не революционер. Я мог бы возглавить движение, найти нужных людей, но на самом деле, людей сейчас сложно поднять на что-то такое.

В моей жизни пока не было событий, которые я мог бы назвать революционными. Но вообще, я считаю, такие события заставляют жить дальше. И учат жить иначе!

Революция — неотъемлемая часть истории, полагаю, что значительные шаги и в будущем будут сделаны именно таким путем. Но в нашей стране, надеюсь, изменения будут происходить путем инноваций, то есть частичным внедрением чего-то нового.

Анна Патракова,
учитель литературы:

— Революции хорошо изучать, смотреть на них со стороны, а вот жить во время революций — плохо. Поэтому я отношусь к ним амбивалентно. Как историка революция интересует меня, а как человек я ее боюсь. К сожалению, за всю свою историю человечество доказало, что его невозможно ни воспитать, ни обучить. Оно может только взбунтоваться и начать жить по-новому.

Я люблю изменения и в душе могу назвать себя революционером. Но возглавить движение... Я скорее ведомый, чем вожак и преобразователь. Но очень люблю ходить на митинги и заряжаться энергией людей с трибуны. У меня была любимая революция — Французская, и я знала про нее очень много. Но это было в юности, а в юности мы все любим революции.

Переход в школу «Взмах» было одним из самых революционных событий в моей жизни. Меня это сильно изменило, я стала более свободной и раскрепощенной.

Думаю, что будущее все-таки за революцией, ее уже предрекают в нашей стране. К сожалению, мирным путем невозможно что-то кардинально поменять. Менять надо только резко и радикально.

Анастасия Тарасова:

— Я отношусь к революциям очень неоднозначно, у них есть и хорошие, и плохие стороны. Революция — это прежде всего перемены. Они возникают тогда, когда людей что-то не устраивает. Думаю, революции могут возникнуть практически в любой период истории. Рано или поздно любая система дает сбой или заходит в тупик — и тогда наступает время революций.

Нравятся мне изменения или нет, зависит от их характера. В душе я не революционер, мне кажется, у меня бы не получилось принципиально изменить даже свой образ жизни, не говоря уже об изменении общества в целом. Возглавлять движение я бы не смогла — я не вижу в себе лидерских качеств.

В моей жизни пока не было каких-то революционных событий. Революции — это часть истории, и поэтому за ними будущее. Очень не хотелось бы, чтобы революция произошла, но очень возможно, что она будет, а может, даже и в нашей стране.

Илья Очковский,
15 лет:

— Революция — это двоякое явление, все зависит от того, с какой позиции ты ее рассматриваешь. Если ты революционер, то хорошо, если правитель — плохо. Еще революция — это всегда жертвы, но без этого не добиться победы.

Изменения в жизни общества пока меня не касаются, поэтому я отношусь к ним нейтрально. Революционер я или нет, зависит от обстоятельств. Сейчас, пока все хорошо, — нет. Но я мог бы возглавить общественное движение. Лидерские навыки, влияние, ораторские способности, умение завоевать, доверие — вот что нужно лидеру, и все это у меня есть.

Я думаю, революции никогда не утратят своей актуальности, потому что в обществе всегда будут оставаться недовольство и конфликты. Конечно, можно производить изменения путем реформ, но те, кто находится у власти, не захотят менять комфортный для них режим, поэтому остается только революция.

Юрий Радаев,
завуч школы «Взмах»:

— Я признаю и считаю законной только один вид революции — революция в сознании человека. Надеюсь, каждый переживал момент, когда становится очевидно то, в чем раньше ты заблуждался. Переход от непонимания к пониманию и есть революция. Любые другие виды революции, происходящие вне человека, как правило, связаны с жертвами, а оправдывают ли они результат? Поэтому я за революцию в познании. Я желаю побольше себе и окружающим таких революций в себе. Если в каждом из нас будут происходить такие изменения, то и мир вокруг тоже будет лучше. Да здравствует всемирная революция внутри нас!

Исторический процесс, как и любой другой невозможен без революции. Это всегда переход от количества к качеству. Накапливаются новые признаки, и, когда их становится очень много, происходит резкий переход — то есть революция. С другой стороны, признаки должны накапливаться эволюционным путем, то есть постепенно, естественно, без воздействия извне.

Если с человеком происходят такие внутренние революционные изменения, это отражается и на его образе жизни. Да, я революционер, я люблю меняться, но, конечно, это не всегда получается. Общественное движение... Все это у меня уже было, и я считаю это заблуждением. Все общественные пертурбации происходят не потому, что люди хотят объединиться, а потому, что хотят быть похожими на кого-то, и это меняет этих людей. Возглавлять такое движение я бы не хотел.

В моей жизни революционных событий было много — и внешних, и внутренних. Они всегда сопутствовали друг другу. Это всегда переосмысление чего-то, переход к новому. Я ни о чем не жалею. Ничего, кроме роста, такие события не несут.

Почему в годы Гражданской войны петербуржцы боялись носить хорошую одежду, но часто употребляли кокаин, как жил город после революции 1917 года и почему большевики смогли удержать власть?

Старший преподаватель СПбГУ, историк Николай Богомазов рассказывает о причинах Гражданской войны, боях за Петроград и жизни обычных горожан на фоне революции.

Арест переодетых городовых в Петрограде, 1917 год. На переднем плане группа студентов Технологического института, участники гражданской милиции.

- Как вы считаете, Гражданская война была неизбежна после Революции?

Конечно. Когда в феврале 1917 пала монархия и к власти пришло Временное правительство, оно имело некую легитимность в общественном понимании. Отчасти благодаря Государственной Думе - органу старой власти, принявшему непосредственное участие в образовании новой. Отчасти из-за отречения царя, а потом и его брата Михаила Александровича, который призвал подчиниться Временному правительству.

А вот когда большевики взяли власть в октябре, то у них никакой легитимности уже не было. Им приходилось завоевывать ее силой, поскольку многие стали оспаривать их власть. В том числе и прежний лидер - [председатель Временного правительства Александр] Керенский. Меньшевик Николай Суханов, один из лучших летописцев событий 1917 года, в своих «Записках о революции», на мой взгляд, справедливо отмечал, что раз глава старого правительства не сложил полномочий, то формально страна могла делать выбор, кого считать законной властью, а кого - мятежником.

Можно ли выделить еще какие-то главные причины войны? Или это была именно борьба большевиков за абсолютную власть?

Сложный вопрос. Как мне кажется, нельзя говорить, что один человек махнул рукой и люди пошли друг друга убивать. Причины Гражданской войны лежат не только в действиях партии большевиков. Это большой комплексный вопрос, затрагивающий все сферы жизни общества: бытовую, национальную, социальную, экономическую и так далее. Например, причина, которая часто выпускается из виду, - Первая мировая война как социально-психологическое явление и ее роль в последующих трагических событиях в нашей стране.

Представьте: порядка 15 миллионов человек было призвано в ряды нашей армии и прошло через горнило войны. Они почти ежедневно видели смерть, видели, как погибают их товарищи. Ценность человеческой жизни в глазах этих людей сильно упала. А ведь это была молодежь - почти 50 % молодые люди до 30 лет и еще 30 % мужчины от 30 до 39 лет. Самая пассионарная часть общества! Смерть стала для них нормальным повседневным явлением и уже не воспринималась как что-то из ряда вон выходящее - мораль упала, нравы огрубели. Поэтому в 1917 году общество так легко перешло к насильственному пути решения политических проблем.

Раньше у нас говорили, что в развязывании Гражданской войны виноваты свергнутые классы, помещики и буржуазия, которые пытались силой вернуть себе власть. А потом стали говорить, что виноваты большевики и Ленин. Как бы тривиально это ни звучало, но правда действительно лежит где-то посредине. Не секрет, что Ленин еще в годы Первой мировой войны призывал превратить империалистическую войну в гражданскую. Это вытекало из его понимания марксизма.

Однако как бы сильно он ни хотел, он не мог единолично развязать гражданскую войну ни в 1914, ни в 1915, ни 1916 году. Она разразилась в тот момент, когда множество причин сложилось воедино. При этом стоит признать, что Октябрьская революция послужила триггером - после 25 октября решение политических противоречий окончательно перешло в военную плоскость. Сам Ленин говорил на VII съезде партии в марте 1918 года, что Гражданская война стала фактом сразу же - 25 октября 1917 года.

- Как изменилась жизнь Петрограда и его населения после прихода большевиков к власти?

Обыватель не всегда воспринимал октябрьские события так, как мы видим их сейчас. Он не понимал масштаба, не понимал того, что это резкий слом всего старого. Кто-то даже узнавал о Революции только спустя несколько дней. Для многих она прошла незамеченной. Люди ходили на работу точно так же, как и раньше.

Но постепенно жизнь Петрограда стала достаточно резко меняться. Смена власти проходила в самом городе вовсе не так безболезненно, как принято считать. Керенский, в отличие от Николая II и его брата Михаила Александровича, не собирался сдаваться без боя. Он поехал в Псков - в штаб Северного фронта - искать поддержки у армии. Вместе с частями 3-го конного корпуса и их командиром, генералом Красновым, они подошли к самому городу, к Пулковском высотам, где и были остановлены: бой состоялся в районе между Александровской и обсерваторией.

И в самом городе было неспокойно. 29 октября произошло юнкерское восстание, масштаб которого тоже часто недооценивается. Юнкерам, например, удалось арестовать одного из членов правительства - Антонова-Овсеенко. Шли городские бои, артиллерия била прямой наводкой по Владимирскому юнкерскому училищу на Петроградской стороне.

- А обычные жители как-то участвовали в этих событиях?

Бои шли в разных точках города: в тех районах люди, конечно, старались не высовываться. В остальном горожане в основной своей массе жили обычной жизнью: так же ходили на работу или еще куда-нибудь, куда им было нужно. Но даже если раньше революция не особенно влияла на их быт, то сейчас чисто визуально они уже стали сталкиваться с ее последствиями хотя бы в виде вот этих боев. Согласитесь, трудно не заметить стреляющие артиллерийские орудия в черте города.

Еще стоит отметить, что практически сразу революция коснулась тех, кого называют «бывшими», - представителей элиты, знати, состоятельных людей, бывших чиновников. Они первыми почувствовали бытовой дискомфорт из-за новой власти.

- То есть истории о повальном грабеже и мародерстве со стороны большевиков - это правда?

Нужно учесть, что уже к 1917 году в Петрограде сложилась очень тяжелая продовольственная ситуация. Зачастую продовольствия не хватало, и люди выживали кто как мог. Порой пытаясь забрать «лишнее» там, где, как им казалось, оно было.

Вообще, 1918–1919 годы - не самое приятное время с точки зрения городской истории. На улице могло попасть тем, кто ходил, например, в пенсне - это считалось чем-то вроде имиджевого аксессуара буржуя. На улице могли ограбить, могли убить, могли отнять одежду. С одеждой в городе было особенно тяжело, и на прогулке запросто можно было лишиться шубы или пальто. Поэтому горожане пытались не выделяться среди прохожих своим внешним видом. Все пытались маскироваться под среднего жителя Петрограда, желательно - под рабочего. Это было безопаснее всего.

- Этот образ среднего жителя сильно изменился после Революции?

Конечно. Это вытекает из общего социально-экономического положения в городе. Все мемуаристы тех лет отмечали, что люди в городе выглядят ужасно. Одежда и обувь сильно износились. В годы Гражданской войны облик горожан был очень неприглядным.

- Такая ситуация продолжалась всю войну?

Трудно было в 1918 и 1919 годах, чуть получше стало в 1920. Главной проблемой тех лет была продовольственная ситуация из-за войны и постоянной смены власти в регионах. Если попытаться составить печальный рейтинг худших периодов в истории нашего города, то на первом месте будет блокада, а на втором - годы Гражданской войны. Люди не умирали от дистрофии, как в ужасные блокадные дни, но еды не хватало. Люди получали 30–50 % от ежедневной нормы и умирали от болезней, от которых они бы выздоровели при нормальных условиях.

Помимо этого, не работала канализация, потому что зимой трубы замерзали и лопались. Город перешел на печное отопление. Печка «буржуйка» - как раз изобретение того времени. Чтобы топить печки, люди разбирали деревянные дома и мостовые.

Было много других проблем. В городе почти не было электричества. Многие предприятия остановились, трамваи почти не ходили. Почти ничего нельзя было купить из одежды. Плюс в то время была очень высокая инфляция, а в обращении было много видов денег - и керенки, и царские рубли, и прочее. Поэтому даже если у тебя были деньги, купить что-то на них не всегда удавалось. В жизнь широко вошел натуральный обмен.

Можно ли выделить какие-то сценки, описанные в мемуарах, которые ярче всего показывают жизнь города в те годы?

Есть яркая сценка, показывающая то, что после Революции город стали очень плохо убирать. Городские службы тогда почти не работали, некому было убирать снег. Один мемуарист вспоминал, что снега было так много, что можно было залезть на сугроб и прикурить от газового фонаря. Кроме того, тогда были очень загрязнены реки и каналы. Было столько мусора, что суда могли ходить только по основному руслу Невы.

Деталь из области проблемы с продовольствием - людям, как и позднее в блокаду, приходилось изобретать новые способы себя прокормить. Хлеб делали с различными примесями, опилками - ржаная мука порой составляла лишь 15 %. Люди пекли лепешки из кофейной гущи и картофельных шкурок, рыбу ели с головой и костями, перемалывая их. Никакие испортившиеся продукты не выкидывались. При всём этом большевистская бюрократия находилась в совсем ином положении - продовольствием она снабжалась гораздо лучше.

Злоупотребления со стороны новой власти начались почти сразу же. Городская бюрократия начала активно пользоваться своими привилегиями: питались нормально, когда город жил впроголодь, разъезжали в театры на автомобилях, хотя это было запрещено из-за дефицита бензина.

Или взять ситуацию с алкоголем. С началом Первой мировой войны, в 1914 году, был введен сухой закон, который советская власть продлевала вплоть до 1923 года. Нельзя было производить и продавать алкоголь - городские власти активно с этим боролись в годы Гражданской войны. Но однажды был пойман пьяным комендант города Шатов. Подобных ситуаций было много.

- Введение сухого закона вообще сильно изменило жизнь города?

Люди искали алкоголь по всему городу. Многие аптеки были закрыты из-за запрета на частную торговлю, и некоторые препараты оттуда поступили на черный рынок. Их активно скупали. Очень было распространено самогоноварение. Запрет алкоголя привел еще и к тому, что люди искали других способов одурманить себя - в городе подскочило употребление кокаина и морфия. Особенно широкое распространение в Петрограде имел кокаин. Морфий был в большей степени уделом медиков.

- На фоне таких проблем люди не задумывались о том, что при царе было лучше?

Понимаете, на фоне таких экстремальных событий, как Революция и Гражданская война, люди мыслят немного другими категориями. К тому же было не только плохое. Например, те же рабочие получили больше возможностей - жилье, 8-часовой рабочий день, участие в выборах, возможность получать образование, ходить в театр. В городе в те годы была карточная система, и рабочие получали паек по первому классу.

Еще один важный момент: концепция построения будущего справедливого общества владела умами. Людям говорили, что сейчас, конечно, плохо, но наступит мировая революция, мы всех победим и заживем. Нужно только чуть-чуть потерпеть. Плюс пропаганда играла на том, что мы - первое государство рабочих и крестьян. Раньше нас все эксплуатировали, а теперь мы сами принимаем решения.

- Но те, кто до Революции жил хорошо, так явно не думали. Как они выживали в в таких условиях?

Кто-то всё распродавал и уезжал из Петрограда, кто-то начинал сотрудничать с властью. Но в целом им, конечно, приходилось трудно. Их часто ужимали в жилье или даже выгоняли из собственных домов. Им давали самые плохие пайки и единственным выходом оставался черный рынок. Но покупать на черном рынке тоже было опасно - можно было попасть под облаву. Да и деньги ведь не бесконечные, сколько бы ты ни скопил.

- Эти же люди до Революции владели доходными домами. Как у них отнимали жилье?

В марте 1918 года было принято знаменитое постановление о максимуме жилплощади - одна комната на одного человека или двух детей. В домах были домовые комитеты, которые смотрели, кто сколько занимает, кто как живет, и передавали эти сведения наверх. В итоге у кого-то жилье отнимали, а кому-то, наоборот, давали.

Петербург 100 лет назад: как сдавали и снимали жилье до революции

Где и как искали комнаты внаем, где было модно жить, кто населял дом с подвала до чердака и что значило «хорошая квартира для среднего класса» в начале XX века.

Но вообще в Петрограде отъем жилья не приобрел такого масштаба, как, например, в Москве. Прежде всего, потому что в городе очень сильно сократилось количество населения. Если в 1914 году было чуть больше 2 миллионов, а в годы Первой мировой войны оно выросло почти до 2,5 миллионов, то с началом революции начинается резкий спад - в годы Гражданской войны в городе жило 600–700 тысяч человек. Люди просто уезжали на фоне всех событий, и оставалось много свободной жилплощади.

В большинстве случаев расширение жилплощади требовалось рабочим, которые до этого жили в казармах (общежитиях) или снимали углы. Они проживали недалеко от фабрик и заводов, на которых работали, то есть, как правило, на окраинах города. При этом «буржуйская» жилплощадь, изымаемая или пустующая, наоборот, практически всегда располагалась в центре города, куда рабочие совсем не горели желанием перебираться - уж очень далеко ехать до работы. К тому же, транспорт в те годы нормально фактически не работал.

- В Петрограде сохранялась какая-то культурная жизнь?

Петроград после Революции - это очень нестандартный город. Не было почти ничего из того, к чему мы сейчас привыкли. Практически не было транспорта, отопления и электричества, но при этом в городе велась культурная жизнь. Театры, музеи, концерты. Выступал Шаляпин. Хотя большое число театров пришлось закрыть из-за нехватки топлива, но Мариинский и Александринский работали. Особенно власть старалась приобщить в культуре рабочих.

Отдельно нужно сказать об образовании. Несмотря на все сложности, многие образовательные учреждения продолжали работать. Конечно, численность студентов существенно снизилась, но те, кто хотел, учились. Но ученые и педагоги оказались в годы Гражданской войны в ужасном положении. Они не были классическими «буржуями», у них не было больших денег, но при этом визуально они выглядели так же: ходили в галстуках, кто-то - в пенсне, в целом одевались «по-буржуйски». Им приходилось очень тяжело. В Петрограде сразу несколько видных ученых и педагогов погибли в годы Гражданской войны. Кто-то выжил, но подвергался арестам и всему, что с этим связано. Было очень тяжело, но они старались работать. Учитывая условия, это был настоящий подвиг.

Вы уже несколько раз сказали, что людей грабили и убивали на улицах. Как это происходило? По улицам в открытую ходили банды?

Конечно, был разгул преступности. Это всегда происходит, когда ослабляется центральная власть - наружу вылезает всё то, что до этого не могло вылезти. Кроме того, мы уже говорили об общем падении уровня морали. Криминогенная обстановка в городе была тяжелая. Она множилась на тяжелое продовольственное положение и неспособность молодой власти навести порядок. Всё это приводило к тому, что на улицах было небезопасно. В темное время лучше было оставаться дома.

Ярким примером происходящего может быть случай с Урицким - будущим главой Петроградского ЧК. В марте 1918 года на него напали на улице и ограбили. Если такое могло произойти с одним из виднейших большевистских функционеров, то каково приходилось обычным людям? С другой стороны, на разгул уличной преступности в Петрограде общество отвечало нередкими в эти годы случаями самосуда. Толпа могла просто сама поймать какого-то преступника и растерзать на месте, без суда и следствия.

- Многие ли жители Петрограда поддерживали белых на фоне всего происходящего на улицах?

Какая-то поддержка, безусловно, была. Правда, многие из тех, кто сочувствовал белым, пытались выбраться из города, бежать в Финляндию или Псков, который в то время был под немецкой оккупацией. Конечно, нелояльным к советской власти приходилось непросто, особенно если у большевиков были какие-то подозрения, - к ним, что называется, могли приехать.

Чем дальше от октября 1917 года, тем опаснее было высказывать оппозиционные взгляды. Понятно, что Максим Горький мог говорить всё, что думает. Хотя и его газету «Новая жизнь» вскоре закрыли. Но обычные люди в большинстве своем всё же пытались скрывать несогласие, если оно было.

Горожане старались лишний раз не привлекать к себе внимание власти, потому что по сути были бесправны и могли столкнуться с ситуацией, когда произвол даже самого низового начальника мог поставить их в очень трудную жизненную ситуацию. Чтобы навлечь неприятности, достаточно было просто не понравиться какому-нибудь местному командиру или начальнику.

Была и другая тенденция: после Революции численность РКП(б) стала стремительно расти, в том числе и в Петрограде. Люди, почувствовав серьезность намерений большевиков, пошли в партии - кто идейно, а кто-то и руководствуясь бытовыми мотивами.

- Могли ли люди сохранять нейтралитет после Революции? Или нужно было обязательно занять какую-то сторону?

Я думаю, что это было частым явлением. Лично у меня ощущение, что большинство бывших подданных Российской империи как раз не занимало активной позиции. Многие пытались самоустраниться от всех ужасов, пытались выжить сами и спасти своих близких в трудных условиях. Активную борьбу вело меньшинство населения. Это не значит, что таких людей было мало - просто меньше, чем тех, кто был политически пассивен.

Как тогда быть с темой красного террора в годы Гражданской войны? Известно ли, насколько он был распространен в Петрограде?

Террор в Петрограде имел и общенациональную плоскость, связанную с введением красного террора и покушением на Ленина, и региональную, связанную с местными событиями. Например, убийством председателя Петроградского ЧК Моисея Урицкого или сложностью военно-политической обстановки на северо-западе.

Во второй половине 1918 года политика террора активно проводилась в Петрограде. Кого-то арестовывали, кого-то расстреливали. Точных достоверных цифр у нас, по моему мнению, нет. Часть расстрелов освещалась ежедневными городскими газетами, но далеко не все. Известно, что Глеб Бокий, заместитель председателя Петроградской ЧК Урицкого и председатель после его убийства, в октябре 1918 года называл цифру в шесть с лишним тысяч арестованных и около 800 убитых. Представляется, что эта цифра далеко не полная.

Юнкера на Дворцовой площади, 1917 год

- Верна ли точка зрения, что белых поддерживали верхние слои общества?

Это очень сильное упрощение. Мнение о том, что вся бывшая элита была белой, не совсем верно. Широко известный факт - бывших офицеров в Красной армии было больше, чем во всех белых армиях вместе взятых. Кроме того, если брать, например, интеллигенцию, то она ведь традиционно в значительной части придерживается левых взглядов. Не коммунистических, конечно, но левых. Часто интеллигенту были ближе большевики, которых он, может, и не любил, чем условный Колчак. Зачастую, особенно на начальном этапе Гражданской войны, интеллигент скорее выбирал политически пассивную жизнь при большевиках, нежели активную борьбу с ними, даже если он внутренне был с ними не согласен.

С другой стороны, точно так же нельзя утверждать, что все рабочие Петрограда поголовно были большевиками. Думаю, будет справедливо сказать, что значительная часть классического пролетариата все-таки не сочувствовала белым. Но при этом рабочий мог быть эсером, мог быть меньшевиком. Ему мог не нравиться стиль большевистского руководства, какие-то конкретные шаги или плохое продовольственное положение. Рабочие - не монолитный класс. В том же Петрограде были высококвалифицированные рабочие, которые получали до Революции большие деньги и могли снимать не «углы», а целые дома. Сложно представить, чтобы такой рабочий выступал за уравниловку.

- Были ли у сторонников белых другие варианты, кроме как бежать из Петрограда?

Можно было остаться. В Петрограде в первое время было много антибольшевистских подпольных организаций. Правда, про большую часть из них трудно сказать, вели ли они какую-то реальную деятельность. Но некоторые, например, принимали непосредственное участие в организации белой армии в Пскове.

Еще можно было идти в советские органы и вести подрывную работу. Например, был целый полк по охране Петрограда, командиры которого, как мы сейчас знаем, с самого начала были противниками советской власти и соответствующим образом набирали в полк людей. Долгое время им удавалось скрывать от власти откровенно антибольшевистское настроение значительной части личного состава. В итоге, когда этот полк в 1919 году выступил на фронт против белых, он фактически в полном составе с оркестром перешел на их сторону.

Кто-то пытался установить связи с разведками наших бывших союзников, в первую очередь - Великобритании, и действовать при их помощи. А эсеры продолжали делать то, что умели лучше всего, - осуществлять акты политического терроризма против действующей власти.

- В целом Петроград в годы Гражданской войны в большей степени стал «городом рабочих», чем раньше?

Из города уехали многие, кто составлял нерабочее население города. Уезжали представители элит, частично уехала интеллигенция. Уезжали и крестьяне, которые еще не до конца переплавились в пролетариев и не потеряли связь с деревней. Поэтому с течением времени количество рабочего населения по отношению к остальному повышалось. Город стал в большей степени рабочим, чем был до революции. В целом общее социальное поведение в городе усреднилось. Горожане часто мимикрировали под рабочих, даже если в реальности ими не были: кто-то так скрывал свое происхождение, кто-то шел за модой. На улицах можно было чаще услышать рабочий сленг, а интересы рабочих во многом стали общегородскими.

- Как на жизнь Петрограда повлиял перенос столицы в Москву в 1918 году?

В первую очередь это, естественно, отъезд центральных органов власти. Вообще интересно, что после Революции в городе изменился центр власти, то есть место средоточия властных структур. Если раньше он располагался в районе Зимнего дворца, то теперь переместился в Смольный. Когда столицу перенесли в Москву, Смольный перестал быть общероссийским центром, но остался городским. И это сохраняется до сих пор.

Что касается городского быта, переезд столицы вынес наш город в некоторой степени на политическую периферию: восстание левых эсеров, покушения на Ленина - одним словом, важные в государственном масштабе события теперь происходили в Москве.

- Город не стал беднеть из-за этого?

Город беднел из-за военно-политической ситуации вокруг него, а не из-за переноса столицы. Это вовсе не было главной причиной городских проблем.

Сжигание царских символов, фото: Карл Булла

В годы Гражданской войны было много сепаратистских движений. В Петрограде не было утопических проектов отделения от России?

В смысле сепаратизма нет. Но в первые годы после Революции был силен регионализм в рамках Советской России как федерации. В РСФСР Петроград некоторое время был столицей регионального объединения нескольких губерний (Архангельской, Петроградской, Олонецкой, Вологодской, Новгородской, Псковской и нескольких других) - Союза коммун Северной области. В определенной степени это была попытка городского руководства сохранить за Петроградом хоть какой-то столичный статус. Не хотелось становиться обычным губернским центром.

Если говорить о национальном сепаратизме, то была проблема с ингерманландскими финнами. Одна их часть в 1919 году собралась в Ингерманландский полк и пыталась бороться за создание Ингерманландской республики, сражаясь против большевиков на южном берегу Финского залива, вместе с белыми и Эстонской армией. Они воевали как будто на стороне белых, однако при этом не особенно им доверяли и опасались их не меньше, чем красных. Закончилось всё тем, что в летом 1919 года, во время так называемого весенне-летнего наступления белых на Петроград, в дни антибольшевистского восстания на форте Красная Горка между белыми и интерманландцами возник достаточно острый конфликт, в результате чего белые не смогли вовремя оказать помощь восставшему форту и восстание провалилось. Это, пожалуй, единственный эпизод, когда ингерманландцы смогли выйти на авансцену борьбы белых и красных за Петроград.

Ингерманландцы по другую часть Финского залива, на границе с Финляндией, достигли большего и смогли даже провозгласить создание собственного государства - Республики Северная Ингрия, однако это государственное образование было достаточно быстро ликвидировано.

«На нас поставили клеймо сепаратистов»: почему ингерманландские финны и регионалисты из «Свободной Ингрии» - это не одни и те же люди

Как возникло противоречие между финнами и регионалистами и почему активисты, выступающие за автономию Петербурга, выходят на акции именно под флагом Ингерманландии

- Можно ли выделить в Гражданской войне ключевые события, из-за которых всё закончилось победой большевиков?

Если говорить о нашем городе, то я думаю, что это 1919 год, когда белые были очень близки к взятию Петрограда. Они были на самых подступах. Но были ли у них реальные шансы - дискуссионный вопрос. Они могли взять Петроград, но вот удержать его было бы тяжело. Петроград - большой город с большим числом рабочего населения, которое мало сочувствовало белым. А у Северо-Западной армии на пике ее могущества было в строю всего лишь около 20 тысяч штыков. С такой армией сложно оборонять город. А еще надо охранять порядок в нем - даже советской власти приходилось иметь не менее 6–7 тысяч милиционеров. Но взять город белые при удачном стечении обстоятельств могли.

В мемуарах белогвардейцев есть символ, который кочует из одной книги в другую, - купол Исаакиевского собора. Белые были настолько близко к городу, что могли разглядеть в свои бинокли блеск купола в лучах солнца. Лучше всего это описал Куприн в своем рассказе «Купол святого Исаакия Далматского». У них было ощущение, что Петроград вот-вот будет взят. Они даже успели заранее подумать о том, как будут кормить население бывшей столицы: у американской компании были заказаны большие грузы продовольствия. Но не сложилось.

Важную роль сыграл тот факт, что белые не сумели перерезать железнодорожную линию Петроград - Москва в районе Тосно, и к красным постоянно поступало подкрепление. Думаю, что, с военной точки зрения, это был переломный момент на фронте. Утратив наступательную инициативу и остановившись, они с каждым днем оказывались всё в более тяжелом положении, поскольку численный перевес красных войск постоянно рос.

- Если взять Петроград была реальная возможность, то могли ли белые победить в целом в войне?

Мне кажется, шанс на это мог бы появиться только при условии, если бы на всех фронтах белые наступали одновременно. В реальности наступления случились в разное время, и красные, занимая центральный регион, успевали перекинуть войска на тот фронт, где ситуация становилась угрожающей. Сначала был реализован лозунг «Все на борьбу с Колчаком!», потом - «Все на борьбу с Деникиным!».

- Какую роль в том, что война проходила и закончилась именно так, сыграло иностранное вмешательство?

Нужно сказать, что степень иностранного вмешательства в советское время сильно преувеличивалась. Не было прямо такого огромного числа иностранных солдат, которые бы несли на своих штыках белую власть. Практически всегда это был очень ограниченный контингент.

Но, с другой стороны, во многих местах без иностранного вмешательства белые армии могли бы так и не сорганизоваться. Например, около того же Петрограда белая армия формировалось в Пскове, занятом немецкими войсками, при этом немцы дали белым деньги, вооружение и снаряжение. В создании очага Гражданской войны на севере большую роль сыграли англичане. Чехо-словацкий мятеж послужил спичкой, зажегшей противоборство на востоке страны. Но не может быть никаких сомнений в том, что исход Гражданской войны решался в противоборстве русских людей между собой.

- Когда Петроград начал возвращаться к обычной жизни после войны?

В 1918 и 1919 годы Петроград - это прифронтовой город. Он постоянно находится в непосредственной близости от боевых действий. То немцы наступают, то в Финляндии неспокойно, то белогвардейцы нападают. В 1920 году город оказался вдали от основных фронтов, но в начале 1921 года новое испытание - Кронштадский мятеж. То есть почти всё время город был рядом с фронтом. Традиционно считается, что позитивные перемены в жизни Петрограда начались после введения НЭП в 1921 году. Ситуация начала потихоньку улучшаться. К середине 1920-х годов город ожил и начал выходить на дореволюционные показатели.

Если не брать именно историческое значение, многое ли осталось в нашей современной жизни от времен Гражданской войны?

Если говорить о том, что на поверхности, то это изменения в русском языке, революционный новояз. Все сокращения и аббревиатуры, и термины того времени в целом, которые вошли в наш язык. Кроме того, конечно, осталось искусство во всем его многообразии. Те же агитационные плакаты до сих пор считаются очень сильными произведениями. Я постоянно встречаю шрифты, явно срисованные с них, особенно в рекламе. Литература, конечно: «Собачье сердце», наверное, лучший портрет эпохи, пускай и не Петроград на нем изображен.

Если перейти конкретно к Петербургу, то это перемещение центра городской власти в Смольный. Марсово поле, служившее при царе местом для военных парадов, стало революционным некрополем. Подозреваю, что молодые супружеские пары, приезжающие сейчас туда на фотосессию в день свадьбы, не всегда отдают себе отчет в том, что это, по сути, кладбище.

Похороны погибших в ходе Февральской революции на Марсовом поле

В топонимике у нас много названий того времени. Не только в городе, но и в области: например, поселок Толмачево. Есть и странные примеры топонимических решений: например, поселок Струги Белые, который назывался так еще до Революции, когда никаких белогвардейцев не существовало. После Революции его переименовали в Струги Красные только потому, что он был занят на некоторое время белыми войсками. Он и теперь так называется.

От тех лет осталось многое, чем мы до сих пор пользуемся, не задумываясь. Железнодорожная ветка до Великого Новгорода, проходящая через Новолисино. Сейчас по ней ходят электрички и ездят дачники, а построили ее в самом конце царского времени и отчасти уже в революционную эпоху. В годы Первой мировой войны для снабжения столицы и фронта собирались построить железную дорогу Петроград – Орел, в обход Москвы. Но успели построить только участок до Великого Новгорода.

Из архитектуры от периода Гражданской войны в городе ничего особого не осталось. Какого-то капитального строительства в городе не велось, не было стройматериалов даже для ремонта. Наоборот, часть застройки перестала существовать - особенно деревянной, которая разбиралась на дрова. Что еще осталось? Крейсер «Аврора», конечно. Правда, это по сути новодел, но стоит в том месте, где действительно стояла [«Аврора»].

- Как вы думаете, почему про Революцию выходит масса книг и работ, а про Гражданскую войну говорят куда меньше?

Потому что Гражданская война - это вещь, которая расколола общество, и в определенной мере этот раскол до сих пор не преодолен. Хотя я бы не сказал, что про гражданскую войну выходит так уж мало работ. Мало выходит по нашему региону, по северо-западу, а по югу и востоку очень много литературы. Много научпопа - к сожалению, не всегда качественного. Если интересна эпоха, но нет охоты читать сухие научные талмуды, то призываю всех обратиться к мемуарной литературе. Уверяю вас, что Деникин и Троцкий дадут фору любому современному публицисту.

МЫ продолжаем знакомить вас с семейной хроникой одной из самых известных дворянских фамилий России - князей Трубецких. В прошлом номере "Суперзвезд" были опубликованы воспоминания княгини Любови Оболенской о дореволюционной жизни семейства. Сегодня о том, как сложилась судьба славного дома Трубецких после Октябрьского переворота 1917 года, рассказывает 97-летний князь Сергей Григорьевич Трубецкой, любезно предоставивший в распоряжение "Суперзвезд" семейную переписку.

1918 год

ПЕРЕД отступлением с Кавказа большевики многих арестовали и расстреляли. Дядя Миша Лопухин, офицер Сумского полка, был арестован в августе 1918 года в Москве. Княгиня Голицына ходила просить о нем к видному социал-демократу Смидовичу, который был родственником митрополита Евлогия и учителем Лопухиных в молодости. Смидович сказал Голицыной, что поможет ей, если Миша Лопухин даст обещание не выступать против их правительства. Дядя Миша отказался и был расстрелян 23 августа 1918 года после покушения на Ленина... На расстрел его вели с другом, Николаем Николаевичем Коротневым. Когда их вели вдоль какого-то забора, Коротнев перепрыгнул через этот забор и сумел скрыться. Позже он пришел в церковь, где служили панихиду по убитым, в числе которых было его имя. Он потом говорил шутя: "Я был на собственной панихиде". Коротнев женился на невесте дяди Рафаши Лопухина. В иммиграции они жили в Нью-Йорке, где оба скончались.

А вот еще одно чудесное спасение от смерти нашего родственника Алеши Сайнт-Витгенштейна. Он ехал из Петербурга на юг в Добровольческую армию. Он был еще совсем молодым, 16-17 лет. По дороге его арестовали и привели в комиссарский двор, где были уже несколько заключенных.

Солдат, их охранявший, сжалился над его молодостью. Подозвал к себе и сказал: "Иди в конец двора, прыгни через забор и беги в лес. Комиссар спит, а проснется - тебя не пожалеет и расстреляет". Алеша спросил: "Но ты будешь в меня стрелять?" Солдат сказал: "А как же, конечно, буду, но в воздух". Так и случилось. Он остался жив.

1919 год

МЫ, КАК уже было сказано, жили в Ялте (Крым), и вся жизнь казалась нормальной. Прожили на одном месте с сентября 1918-го до апреля 1919 года. Но письма этого времени, с начала года по август, не сохранились, что, видимо, произошло из-за неожиданного наступления красных.

Перед Пасхой, за недели три, брат Николай, Миша и я пошли в Гурзуф в гости на два-три дня к Урусовым.

Вернувшись обратно, к вечеру мы узнали, что нас с волнением ждали, так как надо было бежать от большевиков. В порту Ялты уже стояли пароходы для посадки. На следующий день мы погрузились на русский пароход "Посадник", который почему-то был с французской командой и шел под французским флагом.

1921 год

МНОГИЕ беженцы стремились перебраться во Францию. Письмо одной из наших родственниц к моему отцу дает полную картину происходящего в Париже.

"Милый дядя Гриша!

Как вы все поживаете, очень ли несносно всем вам в Вене, не собираетесь ли сюда? Очень жаль, что все-таки не здесь живете. Тут теперь так много своих, что прямо как будто это - наш город. Приехали Володя, Маша с семьей, Евгения Павловна Писарева и Женичка Лопухина с мужем. Евгения Павловна совсем такая же осталась, только зубы у ней выпали, и это ее очень меняет. Женичка же, кажется, очень довольна своим мужем, муж доволен Женичкой, и, в общем, он уж не такой урод, как говорили. Володя и Маша (Трубецкие) поселились в St. Germain, где нашли очень дешевую дачу - 500 франков в месяц. Они очень в грустном положении, т. к. абсолютно без денег. Мара продала уже все, что у нее было, - остались лишь бриллианты в ушах, а Володя еще дела или место себе не нашел, т. е. нашел место в 1500 фр. в месяц, но это так мало, что не стоит и брать. Очень у них страшно. Мы придумали теперь с Машей открыть мастерскую платьев - будем копировать хорошие модели и заниматься экспортом решительно во все страны. Взяла себе в компанию жидовку, у которой ходы во всех странах, и очень надеемся, что это дело будет нам давать доход. Алеша же все поет и поет. В воскресенье первый концерт, где он участвует в Cerele des Alkies, за что получает 500 фр. Зовут его в турне по Америке. Мама, Татя и Соня все в Константинополе. Мама, говорят, в хорошем виде, но очень мучается вопросом денег, которых у нее совсем почти не осталось".

Одними из первых писем, полученных из России моими родителями в Австрии, были письма от Веры, жены Евгения Николаевича Трубецкого, и ее сына Сергея Евгеньевича. Письмо от 2 сентября.

"...Милый, дорогой Гриша. Как я была обрадована видом твоего почерка. Очень тебя благодарю за твое письмо и за всю теплоту и ласку и заботу о нас. А эта любовь и ласка так согревают душу и помогают жить! Мы с Соней писали тебе, что всегда тебя любим, но что со смерти Жени у нас к тебе еще особое чувство. Ты с ним был, и это сознание для нас большое утешение".

Л. П. Оболенская 30 июля просит отца помочь устроить выезд из Москвы тете Азе (сестре любимой матери): "...Мама до того мучается, что т. Азя в Москве умирает от голода (даже у ней нарывы от недоедания), а мы теперь набрали деньги на ее вывоз, ей невозможно дальше там оставаться, она, наверно, умрет, если останется еще зиму..."

Лина Черткова пишет Пап`а 12 сентября: "...Дней 10 назад мы решили покинуть Кишинев - очень неустойчивое положение. Вблизи города небезопасно жить, детей наших мы учили все время дома, верстах в трех от города. Ольга готова в 6-й класс, а Сережа - почти в 5-й класс. Соня - во 2-м классе. Учебные заведения здесь посредственны..." Дальше пишет, что у них есть кой-какие деньги и хотят переехать в Германию.

В октябре месяце Пап`а получил несколько писем, одно за другим, от Верочки Трубецкой из Москвы, где в очень осторожной форме она пишет о заболеваниях, больницах и т. д., что означает аресты и тюрьму. Она пишет: "...Мария и Тоня Осоргины наконец получили разрешение вернуться в Измалково. Никто не знает, в каком состоянии находится заболевший Георгий, который в той же больнице, где был первоначально Сережа Трубецкой. Слава Богу, Миша и Лиза бодры... уповаю на Господню милость, да умудрит Он нас в том, что от нас зависит, а во всем остальном полагаюсь на Божью волю. Дай Бог сил, бодрости и терпения..."

Осенью родители и мы, три младших сына, поехали через Баден-Баден повидать Гагариных, а потом в Берлин - держать экзамены в русскую гимназию. К нашему стыду, мы все провалились. После экзаменов, при чтении результатов, директор просто сказал: "Братья Трубецкие провалились". На этом мы вернулись в наш Баден.

1922 год

СОВЕРШЕННО неожиданно наша няня Саша получила в Бадене в конце апреля 1922 г. длинное письмо от нашего конторщика Федора Ивановича Дрожанова. Он пишет об очень плачевном состоянии Васильевского. За четыре года революции почти все было разрушено. Очень странно, что это письмо прошло без цензуры.

Он пишет, что наши оба дома сгорели дотла - они были обращены в детские приюты с 1918 г.: "...Пожар объясняется поджогом, сделанным надзирателем дома, чтобы скрыть от назначенной комиссии свой подлог и воровство... Лучшая мебель была вывезена неизвестно куда, а библиотека еще в начале революции была вывезена в Венев. На дворе все постройки еще целы, только стоят без окон и дверей... На скотном дворе организовано Васильевское советское хозяйство, причем "культурно-показательное". "...Продолжается плохой урожай, скот был уничтожен, нет удобрения..." "... Из тех людей, что жили в имении до 1918 г., никого не осталось. Молыныч, бывший управляющий, уехал в Венев. Все постарше вымерли..."

"...Лукерия Ивановна (старая кормилица Мам`а) служила в детском приюте, по случаю старости и слабости брошена из приюта, она страдала от голода и холода и вскоре умерла..."

Пишет дальше: "...От тифозной эпидемии люди мрут, люди голодают, хоронят без гробов и священников..." Он откровенно дальше критикует создавшееся положение: "...население ужасно стонет от продовольственных налогов".

"...Школы бездействуют, больницы бездействуют. Одним словом, жить так невозможно, а когда будет спасение? Неизвестно! Берут налоги: с лошади - 15.000.000, с коровы - 10.000.000, со свиньи - 5.000.000. Сейчас идет изъятие скота, серебра, ценных вещей по храмам всея России, с оружием в руках и пулеметами. Были, конечно, сопротивления, но они бессильны..."

"...Цены тут страшные: два с половиною миллиона рублей стоит фунт сахара, соль - 150.000 р., керосин - 50.000 р., хорошая лошадь - 150.000.000 - 250.000.000, корова тоже таких цен..."

"...Все живут без сахара, перекуривают сахар в самогон, пьют большевики и коммунисты. Поезд Москва - Венев ходит раз в день с разбитыми вагонами, без воды и отопления, билет стоит 1 млн. р.*".

1924 год

ДЛЯ меня начался новый год с первого моего отпуска из школы. В январе я провел в семье две недели, уехавши из Бадена в конце июня месяца. Для меня все было ново. Парижа я не знал, все было интересно. Ходил по музеям.

Мама пишет 23 января и дает семейные вести: "...Ты, вероятно, слышал, что Ленин наконец умер. Пока трудно сказать, как пойдет дальше дело с Россией, кто его заменит.

У нас тут невероятное событие: Николай Лермонтов - жених очень милой барышни Сабуровой - каково! Вчера вечером они у нас были и объявили об этом. Кроме того, Вовка Матвеев женится на Тане Лопухиной. Обе свадьбы будут у нас. Дедушка решил в саду строить церковь, и уже к этому приступили. Со Страстной у нас будет служба. Вот сколько у нас событий. Тут тетя Марина, а в четверг приезжает тетя Верочка Трубецкая с детьми и Соней, им Саша нанял квартиру в Париже..."

Вообще за эти школьные годы я получал частые письма от Пап`а и Мам`а, в которых всегда они давали мне семейные новости, многие письма сохранились.

В середине марта Мам`а пишет: "...Долго Тебе не писала, у нас тут родила Марина (Гагарина-Трубецкая) девочку Марину, очень миленькую, и я нахожусь при ней в больнице в Париже. Дома почти не бываю. Тебя запустила. Н. Милорадович, который живет у нас, выдержал экзамен на шофера и очень счастлив. Я буду с Мариной, должно быть, до будущего четверга, тогда вернусь в Кламар. Без меня там все вверх дном."

Хочу дать объяснение, почему все держали экзамены на шофера такси и радуются. Нельзя забывать, что большинство русских в эмиграции - бывшие военные с 1914 г., у них не было других перспектив, и они надеялись на скорое возвращение в Россию, и потому думали, что такси - занятие ненадолго. По свидетельству Сергея Гескета, будучи шофером, он зарабатывал 3000 франков в месяц, а как молодой инженер мог бы получать только 1500 франков, а надо было кормить семью.

Мам`а пишет отцу, который уехал лечиться в Bain les Bains: "...Вчера вернулась от Оли. Тут я попала на суету. Умер в Белвю брат Тимашева, и его вчера привезли в нашу церковь и сегодня отпевали. Я очень устала. Одновременно с привозом тела вчера неожиданно появилась сестра Ник. Серг. Арсеньева. Сегодня же утром у нас весь сад был полон разных графинь..."

Пап`а отвечает: "...Ты, бедная, хлопочешь о живых и мертвых, но о чужих покойниках. И что дальше! Нельзя закрывать двери ни живым, ни мертвым, но я пишу Ольге, что наш дом надо окрестить "Машино подворье".

1941 год

В ПИСЬМАХ Мам`а нашел следующую ее запись. Это, если так можно сказать, ее крик души и крик негодования на Сталина, его политику. Очевидно, письмо было написано при вступлении немцев в СССР в июне месяце 1941 г.:

"Смело в бой пойдем
За Русь Святую
И кровь свою прольем,
Кровь молодую!

Это со вчерашнего вечера звенит у меня в ушах, вижу идущих молодых, милых людей, поющих это, вижу гробы, вносимые друг за другом в Новочеркасский собор! А сколько неизвестных и дорогих лежит, и некому их похоронить.

Вчерашнее радио совсем меня перевернуло. Что же это, ведь они (большевики. - Ред.) гнусным голосом говорили, что в 17-м году одержали победу над нами, убили наших детей и теперь сравнивают их с немцами и фашистами; нет, пока над Россией Сталин, нет у меня Родины, кроме Перекопа, где лежит Костя; Ковно, где сидит Миша в тюрьме, и Барановичей, где Д. Поля. Вспоминаю Пап`а, который, невзирая на недавнюю войну с немцами, пошел на переговоры с ними и несколько раз с ними встречался, лишь бы свергнуть большевиков. Трудно, знаю, все переносить, но есть и невозможно переносимые вещи. Хотела это сказать, но не могу, слишком трудно. Есть правда? Не знаю, но неправду чувствую".

Привожу здесь целиком письмо брата Миши, где он красочно описывает все прелести своего ареста и заключения. Письмо было переписано Мам`а и прислано нам в Америку.

"Милая Мама! Так давно не писал и о вас ничего не имею. Не знаю, с чего начать, начну с конца. Попал я в тюрьму сравнительно не так давно. Меня поймали в церкви на Страстной неделе. У большевиков все такой же беспорядок, как во время революции; меня искали с самого их прихода, но искали в Ковно, а я почти что открыто жил в Вильно и даже работал и был "стахановцем" на фабрике, где никто никогда ничего не делал, так как не было сырья. Но на каждой фабрике нужны "стахановцы"; было бы болото, черти всегда найдутся. И вот пришли репортеры снимать наше "социалистическое строительство", потребовали и мою фотографию в "лабораторию", где нечего было ни измерять, ни проверять, но сказали, что у меня фотогеническая борода, и на следующий день я был в газетах с "140-процентным перевыполнением норм". Пришлось сбрить бороду и ехать назад скрываться от рекламы, жить с другой физиономией и с другим паспортом. Но тем не менее меня поймали. Прятался хорошо, а поймали в церкви. Обвинили в "шпионаже и контрреволюции", так что странно, что жив, не расстрелян. На допросах требовали признания своей вины, но этого не добились. Тюрьма совершенно темная, без воздуха, без книг, но с массой самых разнообразных насекомых для любителя зоологии. Но, в общем, все хорошо, и я знал и верил, что освобожусь, и оказался прав.

Освободили нас партизаны. НКВД (бывшее ГПУ) успело замучить, отступая, только 80 человек, т. к. сторож бежал с ключами и чекисты должны были взламывать железные двери каждой камеры. Времени было мало, а работа трудная. Потому до меня и добраться не успели. По выходе из тюрьмы я тоже был партизаном и, вооруженный "до зубов", стрелял сразу из двух пистолетов, как в американском фильме.

В Щорсах жить еще нельзя. Там в лесах все еще много разных красноармейцев и покуда очень неспокойно. Парк же теперь напоминает кладбище. Там ведь большевиков закапывали; теперь же там закапывают тех, кто закапывал при большевиках. Дом в Щорсах пострадал, т. к. крестьянам нужны были гвозди, они их вытащили из крыши, и крыша рухнула, а год спустя ее увезли за 20 км для Советов. Это типично, а посему не удивляйтесь. В Вишневе иначе. Большевики этот дом отремонтировали заново, привезли массу наворованной великолепной мебели. Но при бегстве большевиков честные поселяне украли все и даже прихватили несколько окон и дверей.

Дорогие мои милые Паша, Катя, Костя и все! Пока прощайте. Получите это письмо, наверно, когда я еще буду в Щорсах! Крепко, крепко вас всех обнимаю и целую. До скорого все вместе!"

Редакция выражает благодарность за консультации и предоставление фотографий Сергею Алексеевичу САПОЖНИКОВУ, 1-му вице-предводителю Российского и предводителю Московского Дворянских Собраний.

В этом году исполняется 100 лет революциям, изменившим ход мировой истории и напрямую повлиявшим на будущее нашей страны. открывает этой статьей цикл публикаций о значении двух революций для Азербайджана.

События февраля столетней давности сотрясли не только Российскую империю, но и оказали влияние на весь ход истории XX века.

Ее назвали Февральской или буржуазно-демократической революцией. Иные источники отдают предпочтение названию "Февральский переворот". Беспорядки, массовые антиправительственные выступления в столице Российской империи Петрограде (нынешний Санкт-Петербург) начались 22 февраля по старому стилю, по юлианскому календарю, действовавшему тогда в России.

© Sputnik / РИА Новости

Раздача газет с призывом к революции. Москва, февраль 1917 года

В городе ощущалась серьезная нехватка продовольствия, были проблемы с доставкой хлеба, что привело к стихийным акциям питерских рабочих и солдат петроградского гарнизона.

Императора Николая II в городе не было, он находился в военной ставке в Могилеве. Возможно, при решительных действиях царь смог бы навести порядок в Петрограде, но он бездействует и не понимает всей опасности ситуации. Власти пытаются пресечь волнения, но голодающие массы громят булочные и бакалейные лавки по всему городу. Сначала демонстранты требуют хлеба, но постепенно возникают политические требования типа "Долой самодержавие!".

© Sputnik / РИА Новости

Солдаты обстреливают полицейские засады во время Февральской буржуазно-демократической революции 1917 года

27 февраля всеобщая забастовка рабочих перерастает в вооруженное восстание. Перешедшие на сторону восставших войска занимают все важнейшие стратегические пункты и правительственные здания. Верные монархии войска не в состоянии справиться с анархией. 28 февраля Николай II пытается вернуться в Петроград, но это ему не удается: пути перекрыты. В этот же день Государственная Дума создает Временное правительство, которая берет власть в свои руки. Но в том же здании рабочие и солдаты создают Петроградский Совет. Именно по этой причине целых девять месяцев в стране будет двоевластие: Временное правительство и Петроградский Совет будут существовать параллельно. 2 марта Николай II отрекся от престола в пользу брата Михаила, который буквально на следующий день тоже отрекся от власти в пользу Временного правительства. Монархия перестала существовать.

Как же рухнула система, успешно существовавшая веками?

Почему же в одной из крупнейших империй того времени произошла революция, положившая конец трехсотлетнему правлению дома Романовых? Ведь в 1913 году Россия была основным экспортером хлеба на мировом рынке, занимая пятое место по промышленному производству. Как же рухнула система, успешно просуществовавшая века? Причины были самые разные.

© Sputnik / Viktor Bulla

Матросы с крейсера "Аврора" присоединяются к восставшему народу во время Февральской революции. Петроград. 1917 год.

Во-первых, третий год шла первая Мировая война, где Россия несла огромные людские, территориальные и материальные убытки. Война обострила внутренние проблемы страны, армия не хотела воевать, цены росли, кризис обострялся. Внешний долг возрос в десять раз. Во-вторых, репутация императора и его семьи было сильно подорвана в силу разных обстоятельств. Либерально настроенная часть общества и подконтрольная ей пресса сделала все возможное для подрыва авторитета царской семьи. А скандалы вокруг имени Григория Распутина и императрицы Марии Федоровны пошатнули основы монархической идеи в России. В-третьих, российская буржуазия не могла смириться с той ролью, которая ей отводилась в империи. Капиталистам хотелось больше полномочий и рычагов для управления страной. А царь не хотел делиться властью. В ответственный момент императора предали все, и депутаты Госдумы, и члены императорской семьи, и военная верхушка страны.

Февральская революция была лишь прелюдией к другой, Октябрьской революции

Безусловно, геополитические противники России тоже сыграли существенную роль в возникновении революционной ситуации в империи. Долгие годы практически все значимые профессиональные революционеры преспокойно жили в разных странах Европы и работали против собственной страны. Из-за границы направлялось оружие и подрывная литература.

© Sputnik / РИА Новости

Колонны рабочих фабрики Фаберже и солдаты 2-го Московского запасного полка направляются на демонстрацию во время февральской буржуазно-демократической революции. 1917 год

На самом деле Февральская революция была лишь прелюдией к другой, Октябрьской революции. В советской историографии ее называют Великой Октябрьской социалистической революцией. Есть и иные названия: "октябрьский переворот", "Октябрьское восстание", "большевистский переворот". Почему же революционный процесс не завершился в феврале, а продолжал расширяться и набирать новые обороты?

Дело в том, что Временное правительство с первого дня существования допустило множество промахов и ошибок. Методически разрушая старую царскую систему правления, оно не смогло короткие сроки создать новую, более эффективную. Да и как управлять огромными территориями и людскими ресурсами бывшей империи, когда страна тратит все силы на войну, армия разлагается под воздействием революционной пропаганды, а народ при этом голодает?

От власти требовались решительные действия, которые она никак не предпринимала. Самой же роковой ошибкой Временного правительства было освобождение всех революционных элементов из тюрем. Десятки тысяч закаленных в борьбе с царским режимом профессиональных революционеров прямиком направились в крупные города России, а в Петрограде действовал режим двоевластия до октября 1917 года.

Ленин даже не поверил в то, что в России произошла революция

Разрушению российской империи содействовали некоторые иностранные силы. Ведь в Европе на тот момент проживало много политэмигрантов из России. Глава наиболее радикального крыла революционного движения Владимир Ульянов (Ленин) даже не поверил в то, что в России произошла революция, но факты были налицо. Временное правительство не только освободило революционеров внутри России, но и разрешило всем эмигрантам вернуться на родину.

Исследования последних лет доказывают, что в процессе окончательного развала России участвовали как союзники по войне в лице Франции и Великобритании, так и противники в лице Германии, которая жаждала вывести Россию из войны и ликвидировать восточный фронт. Великобритания же как всегда действовала по схожему сценарию: ей не хотелось делиться плодами победы в войне и заодно представлялась возможность разрушить одну из крупнейших империй в мире, оставив поле боя за Британией. Тем более что вступление США в войну было делом решенным и у Германии не было шансов победить. Некоторые круги США тоже участвовали в этом процессе, группе профессиональных революционеров во главе с Львом Троцким были переданы огромные на тот момент деньги для революционной деятельности в России. Задержавшие Троцкого на пути к России англичане также быстро его освободили. Он беспрепятственно въехал в страну и немедленно приступил к революционной деятельности, расходуя имеющиеся средства на свержение власти.

© Sputnik / P.Volkov

Выступление В. И. Ленина 17 апреля (4 апреля) 1917 года в Таврическом дворце с "Апрельскими тезисами" на объединительном собрании большевиков и меньшевиков

А Ленин с группой верных соратников проехал на бронированном поезде через зону военных действий. Германия пропустила поезд, а Британия тайно финансировала и не противилась этому процессу. Прибыв в Россию, Ленин возглавил революционное движение. Временное правительство было обречено и свергнуто в ходе вооруженного восстания 25-26 октября по старому и 7-8 ноября по новому стилю. Этому содействовало бездействие Временного правительства, которое было не в состоянии противостоять сплоченным и идейным противникам в лице партии большевиков, во главе которой находились Ленин и Троцкий.

После России с мировой карты исчезли еще три империи

Февральская и Октябрьская революции в итоге изменили многое как в геополитической обстановке в мире, так и социальном устройстве многих стран. Воздействие революционных идей было так сильно, что после России с мировой карты исчезли еще три империи: Германская, Австро-Венгерская и Османская. Конечно, немаловажную роль сыграла и I Мировая война, но без революций эти процессы наверняка происходили бы по иному сценарию. Относительно бескровно распалась Австро-Венгерская империя, а вот Османскую империю буквально разнесло по частям. Проиграв войну на стороне Германии, последний турецкий султан Мехмед VI подписал пакт о капитуляции. Затем там была кемалистская революция, завершившаяся свержением султана и созданием Турецкой республики. В Германии же свергли кайзера и установилась Веймарская республика. Под воздействием двух русских революций некоторым монархическим формам правления пришел конец.

© Sputnik / РИА Новости

Демонстрация перед Рейхстагом, где заседал Совет рабочих и солдатских депутатов Веймарской республики. Берлин, 1919 год. Из фондов Музея революции в Москве.

Мир надолго разделился на два лагеря: капиталистический и социалистический. Противостояние двух систем имело и негативные, и позитивные последствия. Эти системы боролись как в открытом противостоянии, так и действовали скрытыми методами в ходе холодной войны. XX век сотрясали самые жестокие войны в истории человечества, в ходе которых многие бывшие колонии получили независимость, заплатив страшную цену за свободу. Социалистический эксперимент не был самым удачным в ходе развития человечества, но он вынудил капиталистический мир измениться в лучшую сторону, социальные преобразования стали неотъемлемой частью жизни многих развитых стран.

Россия вышла из войны и двух революций сильно ослабленной. Гражданская война унесла жизни многих миллионов людей. Даже по сей день современная Россия не может полностью восстановить людские ресурсы, потерянные в ходе I и II мировых войн, революций и гражданской войны. Самые лучшие, пассионарные силы Российской империи были уничтожены безвозвратно.

Территориальные потери после революции были внушительными. Но при этом возникли новые государства. Польша, Финляндия, Эстония, Латвия и Литва получили независимость. При этом Польше отошли Западная Украина и Западная Белоруссия.

Благодаря революции образовалась Азербайджанская Демократическая Республика

Русские революции сыграли значимую роль и жизни Азербайджана. Благодаря Февральской революции 28 мая 1918 года образовалась Азербайджанская Демократическая Республика (АДР), являющаяся первым светским демократическим государством исламского мира, а также первым мусульманским государством, где женщины имели избирательные права.

Государственная независимость Азербайджана, правда, потом была потеряна. Большевистское правительство ввело войска 11-й Красной Армии на территорию АДР в апреле 1920 года и установило советскую власть. Понимая важность бакинской нефти для нужд экономики новоиспеченного коммунистического режима, Ленин сделал все возможное для захвата Баку и нефтяных промыслов. Но само создание АДР имело огромное значение для всего хода истории Азербайджана. Ведь сегодняшняя независимая Азербайджанская Республика объявила себя правопреемницей АДР.

Революции 1917 года изменили всю социальную жизнь Азербайджана. Произошли огромные изменения в области образования, культуры, языка и литературы. Многие социальные нормы потеряли актуальность, возникли новые связи по вполне понятным причинам. Ведь администрация Российской империи мало вмешивалась в процесс управления внутренними делами азербайджанцев. Что было делом обычным внутри империи. Всеми процессами правила община, а ее члены зависели от мнения друг друга. Не было даже системы выдачи гражданских паспортов и актов о рождении.

Изменилось многое в жизни Азербайджана, и эти изменения давались нелегко. Жертв во время гражданской войны и военных действий было огромное количество. Неизвестно и точное количество репрессированных. По некоторым данным, это число колеблется в пределах 100 тысяч человек.

Ответить на вопрос, были ли благом для Российской империи две революции 1917 года, однозначно невозможно. Люди левых убеждений уверены, что революция освободила народы бывшей империи от угнетения, а сторонники правых взглядов считают, что без войн и революций население бывшей Российской империи могло бы сегодня составить полмиллиарда. Но случилось то, что случилось, и история не знает сослагательного наклонения.

«Сто лет назад в Липецке не кричали «ура», не стреляли из пушек и не громили правительственные организации, но город почти на полгода погрузился в хаос», - рассказывает почётный архивист России Валерий Поляков.

Вино лилось рекой

Мария Герасимова, «АиФ-Черноземье»: Валерий Борисович, некоторые историки говорят, что переворот был неизбежен - люди устали от бездействия Временного правительства. Сознание липчан к октябрю 1917-го тоже охватили революционные идеи?

Виктор Поляков: У нас не витал дух революции. Но и сказать, что всё было спокойно, нельзя. В сентябре город погрузился в хаос - рабочие городского самоуправления устроили забастовку: требовали повысить зарплату, отказывались убирать улицы. Начался коммунальный кризис: не было ни света, ни воды, повсюду высились горы мусора. Власти оказались практически бессильны. На то, чтобы увеличить людям оклады, ушла бы большая часть бюджета, поэтому они пошли другим путём - обратились за помощью к 191-му запасному пехотному полку, чьи солдаты в то время были расквартированы в Липецке. Таким образом забастовку удалось прекратить. До этого был ещё один бунт: летом липчане с теми же солдатами разгромили ликёрный завод и винные склады. Прекратить пьяный беспредел попытался один из офицеров - он приказал слить вино через трубу в Каменный лог. А уже скоро у трубы выстроилась огромная очередь с чайниками, тазами и вёдрами… Кроме того, горожане, вдохновлённые свободой, которую им подарила Февральская революция, нередко устраивали беспорядки, грабили усадьбы помещиков. Взять, например, имение Петра Семёнова-Тян-Шанского - его полностью разорили. Многие дворяне вынуждены были бежать. Некоторых убивали. Так, на станции Грязи расстреляли князя Бориса Вяземского.

Первомайский митинг Фото:

- Почему беспорядки не пресекались? Или властям было удобнее закрывать на всё глаза?

Как писал современник тех событий, священник Успенской церкви Алексей Архангельский, «Россия монархическая обратилась в три дня в вольную республику», и эта воля опьянила всех. Одни, почувствовав свободу, уже не хотели работать в полную силу, другие ещё пытались, но это было не просто. В городе в тот момент не было «крепкой руки». Эсеры и меньшевики, а тогда именно у них оказалась вся власть, хоть и признавали, что «анархия захватила глубокие корни и грозит самому существованию страны», практически ничего не предпринимали.

- Революция смогла положить конец воцарившемуся хаосу или, наоборот, начались ещё более серьёзные волнения?

Первые известия о потрясениях в Петрограде пришли в Липецк 24 октября, а 28 числа стало ясно, что победила революция. Хотя от общественности это попытались скрыть. Люди узнавали новости от телеграфистов, а затем передавали их из уст в уста. Чтобы не допустить новых бунтов и восстаний, у нас создали Комитет спасения Родины и революции. Он должен был следить за порядком. Но это лишь «на бумаге», фактически с возложенными обязанностями комитет не справлялся.

Эпоха перемен

Члены исполкома Липецкого уездного Совета. Фото: Государственный архив Липецкой области

- В Липецке быстро установилась советская власть?

Смена власти происходила довольно вяло. 25 ноября у нас состоялось заседание исполкома, на котором единственной центральной властью страны признали Совет Народных Комиссаров, но с оговоркой, что будут требовать организации правительства из большевиков, кадетов и меньшевиков. Кстати, в это же время Липецкий уезд мог стать губернией: 29 ноября к нам приезжал представитель Московского бюро большевиков Александр Сафонов - он предложил нашим управленцам «взять инициативу создания власти в губернии» (тамбовское руководство, видимо, потеряло доверие народа). Но наши отказались, вероятно, побоявшись ответственности. Да что говорить про власть, когда сами люди не спешили менять свою жизнь. Как вспоминал Алексей Архангельский, на выборах в учредительное собрание, которое должно было иметь один из решающих голосов «в делах строительства новой России, в день голосовало едва ли более 1,5 тысяч человек». Это было 13 ноября - практически сразу после революции. А советская власть установилась лишь 20 декабря. 16 числа председателем президиума стал Владимир Агте. Именно он сделал то, что не смогли ни кадеты, ни меньшевики - взял на себя ответственность. Так начал устанавливаться порядок.

- В городе появилось сильное руководство. Население, наверное, обрадовалось?

Что вы, было много недовольных. 31 декабря восстали торговцы: они хотели работать как раньше, практически не платя налогов, произвольно устанавливать цены, а тут новая власть начала «закручивать гайки». Разъярённая толпа ворвалась в здание Липецкого совета, председателя Агте и членов исполкома арестовали и избили. Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы не вмешались солдаты. Затем последовали реформы - создали отдел охраны, комиссариат просвещения, военный трибунал… Кстати, именно трибунал рассматривал дело о бунте. Правда, какой приговор вынесли торговцам, неизвестно - документы, к сожалению, не сохранились.

Устали от монарха?

- «Закручивать гайки» начали в конце декабря, а когда в городе окончательно навели порядок?

Только весной 1918 года. Но жили липчане всё равно хуже, чем до Февральского переворота. Тогда у нас был курорт, в Липецке отдыхали богачи, они оставляли здесь большие деньги, а те поступали в казну. По тем временам у нас был хороший бюджет, а, следовательно, зарплаты, другие выплаты. Но люди устали от монархии, захотели свободы. Даже священник Архангельский характеризовал ту Россию как «стеснённую, придавленную пятой самодержавия», значит, видимо, не такой хороший был царь. К тому же, велась серьёзная пропаганда. И вот что мы получили: потребовалось полгода после революции, чтобы жизнь стала относительно спокойной. Но из-за того, что крестьяне опьянённые свободой плохо работали в 1917-м, а плодородные губернии оказались отрезаны от других областей из-за противостояния «красных», «белых», «зелёных», начался голод. Впрочем, у нас он ощущался не так сильно, как в Петербурге. Мы даже помогали жителям северной столицы - отправляли им продовольствие. Налаживаться жизнь начала лишь в 1921 году, после того как Ленин заменил продразвёрстку продовольственным налогом, дал большую свободу крестьянам.

- Как вы считаете, что нам дала революция? И возможно ли сегодня повторение событий 1917 года?

- «Ломать копья» на эту тему предстоит историкам ещё не одного поколения. Я же не хочу давать оценок, только факты - революция произошла, и она дала нам 70 отличных от всей истории России лет. Что же касается повторения событий, я считаю, что это невозможно. Такой революции сегодня никто не захочет, да и, судя по последним опросам, большинство населения доверяет президенту.